След пираньи

– Это точно, – ничуть не сердясь, кивнул капитан. – Потому я вам его открыть и не приказываю, а вежливо прошу. Ваше дело – отказаться. Только тогда придется проехать в управление, где мы вас в полном соответствии с законом три часа продержать можем… А самолет-то, поди, раньше улетает? В общем, думай, мужик, сам себе проблемы создаешь…

– Открой, – негромко произнес Мазур.

И, пока Михась вылезал из машины, чуть развернулся на сиденье, так что кончики пальцев оказались под полой куртки, в непосредственной близости от пистолета. Благо автоматчик затопал следом за Михасем к багажнику, у «Волги» остался один капитан, у которого кобура где-то под бушлатом, снаружи ее не видно, если кто-то из сидящих в машинах и начнет баловаться с оружием, всегда можно опередить, не особенно и подставляя под неприятности тестя с тещей…

Капитан положил жезл на кромку полуопущенного стекла, словно прицелясь им в Мазура:

– А у вас документики имеются?

– А как же, – сказал Мазур.

– Взглянуть можно?

В следующую секунду льдисто-туманная струя ударила Мазуру в лицо, гася сознание дурманящей волной.

…Едва он смог совершенно точно определить, что из беспамятства вернулся в реальность, принялся, не шевелясь, анализировать ощущения. Ощущения были довольно безрадостные: вокруг царит душный мрак (но это исключительно из-за надежно нахлобученного на голову глухого капюшона), руки схвачены за спиной «браслетами», с обеих сторон, плотно сжав боками, устроились неизвестные живые объекты, явно относящиеся к гомо сапиенс. А судя по окружающим звукам, они еще в машине и куда-то едут.

Стараясь ворочаться как можно неуклюжее – пусть думают, что он медленно очухивается, – Мазур провел по левому боку рукой и тут же убедился, что кобура под мышкой пустая. Что ж, следовало ожидать…

Движение не прошло незамеченным – его сжали боками еще теснее и для надежности мертвой хваткой стиснули оба запястья. В целях дальнейшей проверки Мазур попытался было спросить во весь голос:

– В чем…

Ровно столько и удалось произнести – в шею под челюстью тут же уперлось нечто твердое, но на дуло пистолета вроде бы не похожее, и довольно спокойный голос сообщил:

– Будешь орать, вырублю шокером. Сидеть тихо.

Мазур послушно заткнулся, поскольку это на данный момент было единственно верной линией поведения. В такой позиции и супермену выгоднее на время поджать хвост, благо убивать пока что не собираются – сто раз могли угрохать еще на шоссе, будь такой замысел… Означает ли то, что им не по нраву возможные вопли, что он имеет дело отнюдь не с какой бы то ни было государственной конторой?

В общем, не факт.