След на весеннем снегу

В общем, этот его бывший компаньон с месяц назад вышел на свободу и вроде как начал намекать на то, что делиться нужно по справедливости. А Троекуров его с крыльца спустил, сообщив, что ничего ему не должен. Так что следствие версию мести тоже прорабатывает, – Савелий откупорил вино, разлил его по бокалам. – Давайте ужинать, что ли. А то тема для разговора у нас какая-то невеселая.

– Банально все до оскомины, – грустно сказала Женька. – Никаких тебе тайн, интриг, страстей. Либо жена зарезала, чтобы на бобах не остаться, либо компаньон-уголовник поквитался за подлость. Как же жил человек, чтобы только такой след после себя оставить.

– Да и черт с ним! – энергично сказал Васильев. – Поддерживаю Савелия, давайте сменим тему. В конце концов, никого из нас это не касается.

Мила хотела было сказать, что как минимум обоих мужчин это очень даже касается. Самого Андрея, потому что именно он нашел труп, а Савелия – из-за неведомой Калины, с которой он не виделся, но почему-то принимал деятельное участие в ее делах. Но не решилась. Зачем портить вечер, который имеет шансы быть приятным, и почему хотя бы на время не забыть о проблемах, охраннике за окном и вообще об окружающей действительности. Есть хорошее вино, тающая во рту рыба, приятная компания, ни к чему не обязывающий разговор и спящая в стороне, пусть и периодически настороженно поднимающая уши собака.

В среду утром Мила пришла в школу позже обычного. Сегодня у нее не было первого урока, поэтому она позволила себе чуть подольше поспать, что оказалось крайне своевременным – вчерашний вечер действительно оказался чудесным, и вся компания разошлась уже в первом часу ночи. Верная привычке не оставлять стол неубранным, а посуду немытой, Мила легла спать и того позже.

Когда она подошла к своему кабинету, до конца первого урока оставалось минут десять. Как раз хватало времени, чтобы написать на доске задание. Однако у дверей ее ждал парень, на вид ее ровесник, в чертах лица которого, мрачного и какого-то измученного, чудилось что-то знакомое, хотя Мила могла голову отдать на отсечение, что никогда его не видела.

– Вы Камилла Александровна? – спросил он.

– Да, я. Вы что-то хотели?

– Деньги отдать."

"Он достал из кармана и протянул Миле три тысячные купюры. Она непонимающе смотрела на него.

– Какие деньги? Простите, вы кто?

– Меня зовут Антон Кедровский. Вы позавчера очень выручили моих брата и сестру, дав им деньги на продукты. Простите, что я не пришел вернуть долг вчера, у меня смена была. Сегодня вот выходной, я сразу и пришел.

Так вот оно в чем дело.

– Антон, – чуть сердито сказала Мила, – мне не надо никаких денег. Я хотела помочь и помогла, и ни о каком долге не может быть и речи.