След на весеннем снегу

– Хорошо, – сияя от счастья, согласилась Калина, все еще не отпуская руку Савелия. – А ты точно снова не пропадешь?

– Совершенно точно, – твердо сказал тот. – Никогда. Я тебе обещаю.

Савелий довез Милу до дома и, по составленному ими плану, уехал в гостиницу.

– Мила, я тебя очень прошу, пожалуйста, ты только будь осторожна, – взмолился он, целуя ее перед тем, как она вышла из машины. – Следователь прав, мы могли предусмотреть не все. Ты уверена, что этот Игорь не опасен?

– Абсолютно, – успокоила его Мила. – Поверь, он ничего мне не сделает. Вот в Николае я была бы меньше уверена. Но сегодня, к счастью, не его ночная смена.

Сидящему в машине у дома Игнату она помахала рукой. Игнат ее совершенно не интересовал. Время текло невыносимо медленно. Чтобы чем-то его занять, Мила запекла курицу, нажарила картошки, нарезала овощной салат. Есть не хотелось. Нервы у нее были натянуты до предела, ей казалось, что она даже слышит мелодичный звон, как бывает, когда заденешь пальцем гитарную струну.

К счастью, позвонила мама, за разговорами с которой время всегда текло незаметно. Мила с гордостью рассказала ей, как вычислила убийцу и удивила следователя Поташова, а также о том, как Савелий встретился с Калиной. Мама в положенных местах охала, в положенных ахала, где надо восторгалась. Всегда-всегда ее мамочка умела говорить то, что хотела слышать ее дочь.

– А своего дикого архитектора, я так понимаю, ты приручила, – сказала мама наконец.

– Что ты имеешь в виду? – прикинулась непонимающей Мила.

– Да ладно притворяться. С добровольной схимой покончено? Ты, как мне кажется, счастлива?

– Совершенно, – искренне призналась Мила. – И да, мама, ты не поверишь, но у нас вчера все случилось на полу в коридоре. Представляешь?

– Представляю. – Мама тоже засмеялась, явно вспомнив свои прекрасные моменты, пережитые там же. – Это особенный коридор, Милка. В нем куда-то улетучивается разум, зато освободившееся место заливается чистым, совершенно беспримесным счастьем.

– Да, так я это и ощущаю, – согласилась Мила. – Мамочка, завтра вся эта история с убийством наконец-то останется в прошлом. Можно будет снова просто жить среди хороших людей, среди друзей, в любви, зная, что зло наказано.

– Я надеюсь, до завтра тебе ничего не угрожает? – спросила мама, умеющая смотреть в корень. – Вы с Поташовым не придумали втянуть тебя в какую-нибудь авантюру?

– Что ты, мама, – успокоила ее Мила. Волновать свою мамочку она не собиралась. Не надо ей было знать детали сегодняшнего вечера, совсем не надо. Она их расскажет ей, но потом, позже. – Конечно, нет. Дальше уже будут работать следственные органы. А ко мне Савелий скоро придет. Так что за меня можно не волноваться.

– Вот будет у тебя своя дочь, поймешь, возможно ли это.