След на весеннем снегу

Они не разговаривали больше, любые слова были сейчас лишними, ненужными. Вечернюю тишину нарушало только прерывистое дыхание, мужское и женское, да еще тикали висящие на стене ходики, словно отсчитывая ритм, тик-так, тик-так, все так, все так.

Для Милы секс всегда был связан со страстью. В первую очередь, конечно, мужской, но и сама она не оставалась безучастной, разжигая огонь из вспыхнувших искр. Таким был ее опыт, о страсти, в которой забываешь себя, всегда рассказывали подруги, о ней писали в книгах – от дамских романов, которые она любила читать для отдыха, до классической литературы. Если не испытываешь страстных эмоций, то невозможно, немыслимо, к примеру, броситься под поезд.

Сейчас, в темноте и тишине погодинского дома, Мила тонула и растворялась не в страсти, а в нежности, и эта мягкая, окутывающая ее со всех сторон перина была для нее внове. Не существовало кремня, высекающего те самые искры, из которых разгоралось пламя, лишь легкий невесомый пух, мягко скользящий по коже, дразня рецепторы, и поднимающий откуда-то изнутри неведомые ранее волны полного блаженства, где нет ничего слишком яркого, грубого или пошлого.

Окружающий мир, оказывается, был соткан из полутонов и полутеней, не из криков, а из шепота, не из песка и земли, а из воды, причем не обжигающе горячей или ледяной, а теплой и очень комфортной, в которой можно было безбоязненно отдаться на волю тех самых волшебных волн, объятий которых Мила никогда до этого не испытывала. У этих новых ощущений не было ни начала, ни конца, они просто длились и длились, стирая временные рамки. И когда Мила пришла наконец в себя, то обнаружила, что они с Савелием лежат в коридоре на ворохе одежды. Это обстоятельство заставило ее захихикать.

– Ты что? – с подозрением спросил лежащий рядом мужчина. Она с запозданием вспомнила о его тонкой душевной организации и поспешила успокоить. Еще, чего доброго, решит, что она смеется над ним.

– О таком, наверное, стыдно говорить, но я не могу удержаться. Дело в том, что моя мама с ее новым мужем в первый раз занимались любовью в этом доме тоже на полу в коридоре. Не дотянули до кровати. Маму это обстоятельство очень смущало. Получается, что я повторила ее «подвиг».

– И тебя это обстоятельство тоже смущает?

Мила снова засмеялась.

– Меня – ни капельки. Мне просто интересно, это дом так влияет или все-таки совпадение?

Савелий по-хозяйски подгреб ее под себя, накрыл своим телом, то ли чтобы она не замерзла, то ли для того, чтобы утвердить свою власть, которой Мила была готова подчиняться безоговорочно.

– А мне вот совершенно неинтересно, кто и как занимался здесь любовью. И никакие совпадения, хоть обыденные, хоть мистические, меня не волнуют. Важно только то, что делали и будем делать мы с тобой.