След лисицы на камнях

Недоуменный взгляд Бабкина мешал Макару сосредоточиться, чтобы придумать убедительное объяснение, потому что имевшееся не годилось. «У меня дурное предчувствие» – так он должен объяснить, почему собирается бросить расследование?

Хорош профессиональный сыщик!

– Нас ждут большие сложности… – выдавил он наконец и почувствовал, что Бабкин недоумевает еще сильнее.

– Можно тебя на пару минут? – вкрадчиво сказал Сергей.

Когда они вышли в коридор, Макар прикрыл дверь.

– В чем дело? – вздохнул он.

– Это я у тебя хотел спросить. Какие большие сложности? По-моему, из-за сложностей мы раньше не бросали дела на полпути.

– Почему на полпути? – пытался протестовать Илюшин, но сдался прежде, чем Бабкин начал возражать. – Ладно, ладно, ты прав.

– Я тебя не понимаю!

– Послушай, – начал Макар, тщетно ища, за что бы зацепиться, – Красильщиков нанял нас потому, что считал себя убийцей, и единственным способом как-то примириться с самим собой для него было – понести наказание. По закону. Теперь нам известно, что он не убивал Бакшаеву, она была жива, когда охотник и сестра вытащили ее из могилы. Можно считать, что наша миссия исполнена, и остановиться на этом.

– Успокаивать совесть Красильщикова – работа психотерапевта. Нас наняли, чтобы найти женщину, и мы этого до сих пор не сделали.

– И не найдем. Все, что от нас зависело, мы выполнили.

– Нет, не все, и ты об этом знаешь. Мы не опросили жителей Уржихи, а там могут найтись свидетели. Мы не связались с Петром, не установили за ним слежку, хотя есть вероятность, что Бакшаева испугалась и вернулась к нему. В конце концов, ответ на запрос до сих пор не пришел…

Бабкин раздраженно мотнул головой.

– И Красильщиков просит тебя о том же, – настойчиво продолжал он. – Ты не можешь даже оправдаться тем, что оставляешь клиента удовлетворенным.

– Звучит не очень, – заметил Макар.

Сергей не заметил иронии.

– Может, я чего-то не знаю? Или ты боишься, что я очумею рядом с Маркеловой? Забуду дом, семью, жену и деток?

– Вот видишь! Уже слабею памятью.

– Хорошо, убедил. – Илюшин раздраженно отпихнул вьющегося под ногами кота. – Но давай хотя бы поставим себе разумные сроки! Ты же понимаешь, мы можем крутить это колесо вхолостую много дней.

Бабкин задумался, подсчитывая.

– Неделя, – сказал он наконец. – За это время или появятся новые зацепки, или окончательно станет ясно, что дело тухлое.

Илюшин молча кивнул. Они вернулись в комнату, где ждал взволнованный Красильщиков.

– Мы работаем по вашему делу дальше, Андрей Михайлович, – сказал Макар и заставил себя улыбнуться в ответ на обрадованную улыбку Красильщикова.

Чуть позже, когда они намечали план действий, он заметил на себе пристальный взгляд Бабкина.

– Ну что? – спросил Макар.

– Ты мне так и не сказал.