Янтарный след

Другие костры горели у реки, где стояли лодки и возы с товарами и прочей поклажей, там тоже несли дозор. Но Снефрид прошла через стан в другую сторону, где берег был темен и тих. Никем не замеченная, она вышла к ивам, что чернели на фоне густо-синего неба. Как всегда к осени, звезды созрели, будто зерно в небесном колосе, налились ярким соком, и вылезло их так много, что от тесноты они едва не сталкивали друг друга с небесного ковра. «Никак выбежали посмотреть на женщину, что опять собралась в ночной тьме на встречу с чужим мужчиной?» – подумала Снефрид, мельком на них глянув.

Подойдя ближе, Снефрид различила возле дальней ивы черный силуэт привязанного коня. Сердце так билось от волнения, будто она договорилась о собственном похищении.

– Кто здесь есть? – вполголоса окликнула она.

– Я здесь, – кто-то, сидевший на лежачем стволе, поднялся ей навстречу, и Снефрид только по голосу узнала Свенельда.

Снефрид подошла к той же иве и остановилась, переводя дух и давая глазам приспособиться к свету звезд.

– Ваши шум не поднимут, что я у них женщину сманиваю? – спросил Свенельд, и по голосу было неясно, шутит он или серьезен.

– Они не должны заметить, что я ушла. И они мной не распоряжаются, никто из них, я сама распоряжаюсь собой, пока не встречусь с мужем.

– А тот кудрявый, который помоложе, смотрит так, будто он муж и есть.

– Ты очень проницателен, но это неправда. Послушай, – в одной руке сжимая жезл вёльвы, второй рукой Снефрид слегка коснулась груди Свенельд, приглашая сосредоточиться на деле. – Я не стала бы вмешиваться в твои дела, но если с тобой что-то случится, мне будет куда труднее попасть в Меренланд, а я ради этого проделала такой путь! У меня больше никого не осталось, кроме мужа, я хочу во что бы то ни стало его найти! Лейви говорил мне, что ты выдающийся человек… Я даже дома, в Свеаланде, слышала твое имя от тех людей, что были в твоем войске. И вдруг я вижу… это.

– Сейчас… – Снефрид заглянула ему за спину, но в темноте нельзя увидеть темноту. – Я ее чую. Клянусь именем Великой Дисы, что хочу помочь тебе. Ты должен разрешить мне сотворить… некие чары, иначе мы ничего не узнаем. Я попробую заставить ее рассказать, кто ее послал и зачем.

Свенельд миг промедлил, но все же сказал:

– Твори. Я почему-то тебе верю.

Он не хотел снова увидеть во сне это черное пятно. Снова услышать призыв в Навь. В Снефрид он чувствовал силу, но не чувствовал коварства – а колдуний он в жизни повидал. Спутники, богатые торговцы, относятся к ней с уважением, хотя никому из них она не жена и не родственница. Олав сын Бьёрна, отец госпожи Сванхейд, дал ей свой перстень и поручил дочери о ней позаботиться, то есть при дворе конунга в Хольмгарде она могла стать важной особой.