Янтарный след

Свенельд встал в третьем ряду, среди лучников, окруженный телохранителями.

И вот показался противник. Сотенная толпа… толпа брела вдоль берега без всякого порядка, без оружия, сопровождая нагруженные телеги. Завидев впереди на лугу войско, встречные остановились, в испуге попятились. Толпа смешалась еще сильнее, кто-то даже побежал было назад. Отступив на несколько десятков шагов, встречные остановились. Кто-то стоял, кто-то бегал, кто-то с кем-то советовался.

Это было совсем не то, чего Свен ожидал.

Потом от той толпы отделились несколько человек и направились сюда. Вид у них был самый мирный, и Свенельд вскоре кое-кого узнал: это был Велеок, из местных порожских старейшин с Громотской Головы, с ним его родич-помощник и еще один, совершенно незнакомый человек, в котором, по одежде и по лицу, Свенельд живо признал варяга.

– Нетешич! – окликнул Свенельд одного из своих десятских, словенина родом. – Поди к ним.

Былемир, Нетешин сын, вышел из первого ряда и двинулся навстречу. Они сошлись с Велеоком, за несколько шагов до спутников последнего. Разговора их Свенельд слышать не мог – мешало и расстояние, и шум воды на порогах, – но видел, что Велеок что-то объясняет, показывая то на реку, то на толпу позади себя. Варяга Свенельд не знал в лицо, хотя дружину Бёдвара знал довольно хорошо: как-никак три года провели вместе. Да и в целом этот человек – весьма немолодой, с продолговатым, загорелым, морщинистым лицом, с двумя толстыми косами в седовато-рыжеватой бороде, хорошо одетый, но без оружия, на викинга никак не походил – а уж этой братии Свенельд за жизнь навидался достаточно.

Вскоре Былим вернулся.

– Говорят, это гости торговые, – объявил он. – Три купца с товарами и дружиной, пробираются в Хольмгард. Напугались: что, говорят, исполчились на нас, мы люди мирные! Свеи, из Бьёрки.

По рядам дружины прошел ропот, выражавший отчасти облегчение, отчасти насмешку над своей воинственностью, которая оказалась лишней.

– Как же они прошли – Жила из Ладоги убрался? – На миг у Свенельда мелькнула такая утешительная надежда.

– Нет, я спросил – в Ладоге он.

– Дай-ка я сам с ними поговорю.

Еще раз оглядев толпу поодаль, Свенельд отдал щит оружничему и вышел из рядов. Телохранители привычно двинулись за ним.

О Фрейя, это они! Зрелище преградившей дорогу вооруженной дружины – плотный ряд круглых красных щитов, блестящие над ними шлемы, выше – жала копий и «бороды» ростовых топоров во втором ряду, а в третьем – лучники, нацелившие стрелы прямо на тебя, – напугает кого угодно, пусть ты и знал, что именно это предстоит встретить.