След бури

До чего довела её самовлюблённость и непокорность. Она решила, что может поступать так, как ей вздумается, расправляться с моими людьми, лгать и прикрываться другими. А потом делать невинные глаза и уповать на то, что я её прощу, — Бажан на эти слова только пожал плечами. — И взгляни на Младу. Тоже хороша! Проклятье, и как только её принесло сюда из Аривана? Убийцу, которая, хоть и прослужила в дружине столько лун, а всё равно непозволительно своевольна и себе на уме… Кстати, ты хотел вчера с ней потолковать. Каков результат?

— Она ничего не расскажет. Это не в правилах арияш, — снова пожал плечами Бажан. — И не нужно надеяться на иное.

Кирилл тяжко вздохнул и глянул за плечо воеводы, услышав, как завозился в своей комнате Лешко. Лишь бы не подслушивал.

— Тогда у меня нет больше другого выхода. Я не стану её казнить, хоть ты уже успел обвинить меня в несправедливости. Но она должна немедля уехать из Кирията. С глаз моих долой.

— Она уже уехала. Ночью.

— Что?! — Кирилл задохнулся. — Я же приказал вчера не выпускать её из детинца до утра! Что тут, Пекло меня забери, происходит?

— Я помог ей уйти. Думал, ты отправишь её на плаху. Да и к тому же…

— Бажан! Уж от тебя я не ожидал, — прервал его Кирилл. Нутро словно заливало горячим чёрным дёгтем. Он шумно и медленно выдохнул, стараясь не поддаваться новой волне гнева. — Я что, мальчик, которого можно как угодно обводить вокруг пальца? Выкладывай, какие ещё меня сегодня ждут вести. Чего я ещё не знаю о том, что происходит в моём доме?

— Вчера я вместе с Младой разговаривал с Зореном… — начал Бажан. — Он пришёл в себя. И надо сказать, очень поменялся…

Он размеренно и веско пересказал слова волхва о Забвении и неком Корибуте, который, оказывается, имел на Кирилла виды. Который хитростью подкинул ему посох, чтобы влиять сильнее, подтачивать изнутри, а потом всецело завладеть его разумом. Зорен сказал ещё, что посох нужно забрать и уничтожить как можно скорее. А потому Млада отправилась вместе с Хальвданом к изготовившему его мастеру, последнему потомку легендарных хадымов. Только его имя Кириллу с первого раза не удалось запомнить. и коли у них выйдет, как задумано, то напасти, одолевающие княжество последние луны, отступят.

Так вот, откуда привкус трав во рту… Они его опоили, поганцы, чтобы стащить посох. Лерху тоже следовало бы дать по шее за то, что раздаёт снадобья направо и налево.

Кирилл слушал Бажана молча, не прерывая. Он отвернулся к окну и наблюдал, как вяло ползает по стеклу проснувшаяся от первых тёплых лучей муха. Она упорно поднималась на высоту ладони, но срывалась, падала на выступ, барахталась и ползла вновь, почему-то напоминая Кириллу его самого. Он тоже всегда стремился вперёд, но теперь как будто топчется на месте.