След

Именно последнее меня и беспокоит более всего.

– Боюсь, я вас не понимаю. Вы говорите загадками. – Его взгляд остается таким же холодным. – Что значит «за его пределами»?

– Обычно скандал. Или обращение в суд. Или, что хуже всего, уголовное дело, проваленное из-за технической погрешности, из-за отказа принять улику, с которой обращались недолжным образом, из-за нарушения процедуры и так далее. Дело прекращается – преступник остается безнаказанным.

– Именно этого я и опасался, – цедит сквозь зубы доктор Маркус. – Я с самого начала говорил, что это плохая идея.

– Понимаю. Никому не нравится, когда у вас в офисе появляется бывший шеф и начинает все исправлять.

– Я предупреждал, что меньше всего нам нужен озлобленный, потерявший свой пост чиновник, который возьмется все поправлять, – говорит он, нервно перекладывая с места на место карандаш.

– Понимаю ваши чувства и…

– Особенно из тех, кого называют крестоносцами. Такие хуже всех. Особенно раненые.

– Но что есть, то есть. Поэтому давайте займемся делом.

– Буду признательна, если вы перестанете меня перебивать. Вы называете меня раненым крестоносцем. Для меня это комплимент. А теперь перейдем к зубным протезам.

Доктор Маркус смотрит на нее как на сумасшедшую.

– Я только что стала свидетельницей неразберихи и путаницы. Перепутали зубные протезы. Это следствие небрежности. Молодые солдаты из Форт-Ли предоставлены самим себе, над ними нет должного контроля. Между тем они не имеют надлежащей медицинской подготовки и должны учиться у вас. Предположим, семья получает своего умершего родственника из похоронного бюро и обнаруживает у него чужой зубной протез или вообще отсутствие такового. Дальше последует то, что очень трудно остановить. Пресса обожает такого рода истории. Если же путаница случится в деле об убийстве, адвокатам обвиняемого лучшего подарка и не надо, даже если протезы не имеют к сути вопроса никакого отношения.

– Чьи протезы? О каких протезах вы говорите? – хмурится доктор Маркус. – Доктор Филдинг обязан…

– У доктора Филдинга слишком много обязанностей.

– Ну вот, с чего начали, к тому и вернулись. К вашему бывшему помощнику. – Доктор Маркус поднимается с кресла. Скарпетта не выше его, но сейчас, за этим столом, он кажется ей мелким и незначительным. Доктор берет микроскоп в пластиковом футляре и распахивает дверь. – Уже десять. Вам пора взглянуть на Джилли Полссон. Она в декомпрессионном холодильнике, и работать с ней лучше всего там. По крайней мере никто не будет докучать. Полагаю, вы уже решили провести повторное вскрытие?

– Я не буду делать это без свидетеля, – говорит Скарпетта.

Спать Люси отправляется не в большую спальню на третьем этаже, а в маленькую, внизу.