Славные парни по-русски. Нерассказанная история. Книга 1

У нас уже имелось кое-какое оружие: несколько стареньких наганов, ТТ и МП-40 – «эхо войны».

Три окна VIP-зала выходили в безлюдный проулок и располагались в метре-полутора над землёй. Мы расставили людей с оружием у окон VIP-зала, а сами с Культиком и Директором, вооружённые ТТ, вошли внутрь. Без стука! Получилось эффектно. Здра-сте! Вы хотели поговорить? Говорите.

За столом вместе с Сашей Наумом сидели несколько старших «коптевских».

Наше внезапное появление их удивило, а вооружённые люди у окон и стволы, торчащие у каждого из нас из-за пояса, говорили о нашем серьёзном настрое.

Разговор состоялся. «Коптевские» пытались предъявить нам, что мы, объегорив их коммерсанта и получив с него, поступили «по беспределу». Однако мы твёрдо стояли на своём: Денисов не выполнил обязательства по контракту и за это выплатил нам неустоечку, а о том, что имеет какое-то отношение к «коптевским», он вообще ничего не сказал, что было правдой.

В конце концов, мы пришли к заключению: раз Денисов не поставил нас в известность о том, что работает с «коптевскими», а их не проинформировал о предстоящей сделке, то он и виноват, с него и спрос.

Решили совместно, «в пополаме», получить с него, разыграв для этого представление с моим убийством (имитация, конечно) прямо в офисе «Русь-Эллады», когда я приеду туда за оставшейся частью долга.

Перед моим визитом к Денисову мы заехали на «Мосфильм» и специалисты по трюкам укрепили мне под одеждой на груди что-то вроде грелки с кровью, подложив под неё какую-то пластину, чтобы нож не поранил меня, пробив «грелку».

В назначенное время подъехали на место. В офисе стояла тишина. Зная о предстоящей разборке, Денисов загнал всех сотрудников в дальнее крыло здания, строго-настрого запретив выходить оттуда.

В кабинете, помимо Денисова, находились Саша Наум, Девяткин и кто-то ещё из «коптевских». Я потребовал от Денисова выплатить остаток долга, но в разговор тут же вмешался Наум и жёстко «наехал» на меня. В ответ я «буром попёр» на него. Обстановка накалилась до предела."

"Тут Саня подаёт знак своим сподвижникам, и те с двух сторон хватают меня за руки. Я пытаюсь вырваться, но они крепко меня держат. Подходит Наум, достаёт нож – такой внушительный тесак – и бьёт меня им в грудь. В голове промелькнула мысль: «Блин, только бы не промазал!». Из моей «раны» хлещет «кровь». Я «умираю». А Денисов падает в обморок.

Спектакль удался. Станиславский бы аплодировал. Но надо доиграть до конца. Наумовские парни выволакивают из офиса мой «хладный труп», а у подъезда трудолюбивый дворник очищает крыльцо ото льда. Один из парней насилу отогнал его. Наконец-то, моё тело загрузили в машину, и мы покинули «поле брани».