Славные парни по-русски. Нерассказанная история. Книга 1

Израильское гражданство (а вместе с ним и паспорт) заслуженно пользовалось огромной популярностью. Во-первых, Израильское государство горой стояло и стоит за своих граждан. Во-вторых, и это главное – как ни странно, самый короткий путь для получения американского, канадского или европейского вида на жительство и очередного гражданства лежал через Израиль, потому как израильские граждане для получения оного имели там большие привилегии и льготы. Ну и в-третьих – относительная простота его получения.

Стать гражданином Израиля можно было по праву рождения, как, например, ими стали Антон Малевский, Илья Хайкин, Толя Роксман, Арнольд Тамм и другие, кто был евреем по национальности.

Либо заключив брак, в нашем случае фиктивный, с гражданкой Израиля, как поступил ещё в 1993 году Сергей Иванович Тимофеев, женившись на Ольге Жлобинской, секретарше Григория Лернера.

Подобным манером, через брак, израильтянами стало немало наших соотечественников, в том числе Михась, братья Аверины и другие весьма авторитетные люди."

"Вообще-то легкодоступность, а вернее попустительство знаменитых израильских спецслужб, в вопросе получения гражданства серьёзными криминальными лидерами через фиктивные браки, смахивало на замануху и должно было настораживать, но мы этим особо не заморачивались. Мы были крутыми и чувствовали себя настолько уверенно, что даже не допускали мысли о том, что кому-то взбредёт в голову обманывать нас.

Ну разве что какой-нибудь чиновник покапризничает, чтобы деньжат побольше срубить (уж мы-то знаем этих бюрократов).

Забегая вперёд, отмечу, что израильские спецслужбы всё-таки не дремали, и, в своё время, многие авторитетные люди, ставшие гражданами этой страны через фиктивные браки, этого гражданства лишились.

Не удивлюсь, если это была заранее продуманная и спланированная на государственном уровне комбинация с целью привлечения в страну немалого капитала, находившегося в распоряжении представителей российского криминала.

Однако на тот момент меня во всей этой истории смущали мои личные обстоятельства, а именно то, что в России я находился в розыске, и, значит, воспользоваться своими документами я не мог, а «сухарь» на имя Щербакова Владимира Михайловича, по которому я жил, для «вторжения» в Израиль не годился, так как мой «прототип» был уже женат, имел ребёнка, вёл размеренный и благопристойный образ жизни и ни разводиться, ни покидать отчизну не собирался.

Короче, от проторенной дорожки к берегам Иордана пришлось отказаться и устремить свои стопы по ещё неизведанным тропинкам в Элладу.

Вообще-то про неизведанные тропинки это я так, для красного словца вплёл.