Сладостное заточение

— Справедливо.

Я откладываю утюг в сторону и поднимаю блузку, чтобы осмотреть ее. Темно-фиолетовая, почти черная. С высоким вырезом. Длинные рукава, с красивым кружевом на манжетах — сложный материал, который прикроет мои руки. Я планировала надеть ее с черными брюками на вечеринку Брио сегодня вечером. Мой типичный наряд.

Но как я могу рассчитывать на то, что меня сочтут сильной, если я никогда не была достаточно храброй, чтобы посетить семейное собрание, в свободном наряде? Я продолжаю уверять Массимо, что мне все равно, что обо мне подумают люди, если узнают о наших отношениях, но я всегда боялась их пытливых глаз.

Я опускаю свою обычную блузку и встречаюсь взглядом с Айрис.

— Массимо в своем офисе с Тициано. Не могла бы ты передать ему, что мне нужно… больше времени? Я соберусь и попрошу Пеппе отвезти меня, когда закончу.

— Эм… Я не думаю, что он уйдет без тебя.

— Убедиссь, что он это сделает.

Когда дверь спальни закрывается после ее ухода, я бросаю блузку обратно на гладильную доску. Развернувшись, я направляюсь к своей гардеробной. Большая часть моей элегантной одежды висит там — рассортированная по цветам, от темно-коричневого до… черного. Я вздыхаю, глядя на немногие выбивающиеся из общего ряда вещи более светлых оттенков, сложенные в кучу сбоку. А на дальнем конце висит длинный серый тканевый чехол для одежды. Моя рука слегка дрожит, когда я расстегиваю молнию, обнажая малиново-красный шелк. Платье, над которым я работала, когда Сальво нанес мне тот крайне неприятный визит и решил, что я шью что-то для сестры.

Когда я несу платье и кладу его на кровать, у меня сводит живот. Но это не тревога, которая скручивает его в узлы. Это волнение. Я никогда не представляла, что буду даже думать о том, чтобы надеть его на публике, и уж тем более не испытывала такой решимости, как сейчас.

Когда-то я могла быть хрупкой, слишком легко бьющейся фарфоровой чашкой.

Но теперь уже нет.

И пришло время мне показать всем.

А главное — себе.

— Какого хрена так долго? — рявкаю я в трубку. — Если Захара не захочет идти, я скажу всем отвалить и вернусь домой.

— О, я почти уверен, что она хочет, — бубнит Пеппе на другом конце провода. — Будем десять минут.

— Сколько человек с вами?

— Шесть. Двое в машине впереди нас и четверо в другой, сзади. Она прибудет в целости и сохранности.

— Хорошо. — Я отключаю связь и оглядываю огромный зал, полный людей. Гостей больше двухсот. Вообще-то я не знаю, что празднует Брио, — или мне все равно, — но эта вечеринка стала его ""неофициальными"" проводами. Сейчас только Совет знает о его вынужденной ""досрочной отставке"", но скоро я позабочусь о том, чтобы все в Семье узнали об этом."

"Взяв бокал вина с соседнего столика, я направляюсь в другой конец комнаты, осматривая помещение.