Сладкое лето

— Хочешь сделать что-нибудь вызывающе непристойное и запретное? Поиграть со сладкими или опасными игрушками? Сотворить что-нибудь со мной? Все, что захочешь.

Тон у Макса был, конечно, соблазнительный. Я чувствовала себя в огромном многоэтажном универмаге, где каждый отдел, каждый этаж, каждый магазин предлагали мне тысячи удовольствий от невинных до запретных. Нисколько не сомневаюсь: что бы я ни выбрала, Макс сможет это воплотить так или иначе.

— Я хочу… — я тянула это «хочу», вытягивая губы трубочкой, и Макс пожирал их глазами, с трудом сдерживаясь, чтобы не проверить их упругость языком или чем-нибудь еще. — Я хочу…

Облизнулась, глядя на него, дотронулась кончиком языка до верхней губы.

— Я хочу, чтобы ты сам сделал со мной что-нибудь… интересное. Исполнил свою фантазию.

У него великолепные фантазии. И опасные. И сейчас мне немного страшно, потому что он может понять это как разрешение на все. Вообще все.

И захватывает дух как на качелях, потому что я все еще ему доверяю.

— Какая ленивая фея… — протянул Макс, но в его глазах уже зажглись те самые огоньки, на которые я рассчитывала. — Хорошо, есть кое-что… что я хотел. Давно.

Он скользнул ладонями по моим плечам и развернул лицом к зеркалу в прихожей. Мгновение — в его руке появилась красная шелковая лента, и он медленно, так что я видела это в отражении, завязал ею мои глаза.

Она была достаточно плотной, чтобы не видеть даже света.

А потом он потянул молнию на платье вниз.

Признаться, я рассчитывала на эту игру, когда брала с собой пляжное платье, полностью расстегивающееся сзади.

И сейчас я в полной мере получала все ощущения: трепет, дрожь, огонь прикосновений пальцев по мере движения молнии вниз.

Купальник он развязал одним движением, просто смахнув его с моего тела. Подхватил меня на руки и крутанул — голова закружилась, и я потеряла ориентацию, попыталась ухватиться за Макса руками, но он уже куда-то поставил меня и отпустил, оставив одну в пустоте.

На меня вдруг полилась теплая вода, и я вскрикнула.

Я ничего не видела, но старалась понять, что происходит, по звукам, по прикосновениям.

Нежные иголочки душа покалывали кожу, смывали с нее пыль и пляжный песок.

— Я не хочу, чтобы песчинки делали с тобой все те грязные штуки, которые хочу сделать я, — пояснил Макс, смывая с меня сегодняшний жаркий день и готовя к жаркой ночи.

Он снова подхватил меня на руки и, на этот раз без сюрпризов, отнес на кровать.

Зачем повязка на глаза? Если выключить ночник, тьма все равно непроглядная.

Но потом я поняла — зачем.

Когда теплые капли с запахом кардамона прочертили дорожку от одного моего соска до другого, а потом спустились к животу.