Сладкая для Палача

— Почему я должен на тебя злиться, конфетка?

— Я правда думала, что всё просчитала и отдам деньги быстро и без проблем, — отозвалась я, чувствуя себя неловко, оттого что не послушалась его, попала в жуткую ситуацию и Марсу пришлось спасать меня. Снова. — Может, и не было бы ничего страшного, если бы водитель такси не запаниковал раньше времени, когда увидел, как за мной бегут мужчины странной наружности.

— Он оставил тебя одну, видя, что за тобой кто-то бежит? — у Марса даже голос изменился, стал ниже и явно опаснее.

Было стойкое ощущение, что если бы этот бедный водитель сейчас был где-то поблизости, то вряд ли его что-то могло спасти от гнева моего мужчины.

И я была уверена, что его гнев и ярость были страшны.

Даже смертельно опасны.

— В той ситуации его можно было понять…

— Нет, нельзя!

Я притихла, слыша эти рычащие опасные нотки в голосе Марса, и принялась гладить его ладонью по мощной груди, надеясь, что это его успокоит.

— Твоя подруга предала тебя. Она подготовилась к встрече таким образом, чтобы бандиты слышали ваш разговор и смогли направить весь свой гнев именно на тебя."

"Теперь я это понимала.

Не зря Стэлла так нервничала весь наш короткий разговор и вела себя странно.

— На самом деле она мне не подруга… и у нее есть дочь, за которую она боялась.

— А у тебя есть брат, о котором нужно думать каждый раз, когда ты решишь сделать что-то.

Проговорив это, Марс тяжело и протяжно выдохнул и обнял меня сильнее.

Я не обижалась на резкость последней фразы.

Потому что он был прав. И говорил это не для того, чтобы задеть меня, а потому, что сам переживал. И кажется, очень сильно.

— Просто давай договоримся, что на все встречи ты будешь ходить исключительно со мной.

Я с улыбкой кивнула головой и пробормотала:

— Ты не сможешь защитить меня от всего на свете, Марсик.

— Смогу, — без раздумий, твердо и уверенно отозвался он, а я не смогла сдержать дрожь восхищения.

Мы молчали какое-то время, продолжая наслаждаться неторопливыми объятьями, от которых было так тепло и уютно. Но в конце концов я пробормотала:

— Они мой телефон разбили.

— Купим новый.

— Но там была твоя единственная фотография с голым торсом.

Марс тихо рассмеялся, сгребая меня своими ручищами, чтобы многозначительно добавить:

— Сделаешь столько новых фотографий, сколько захочешь. Сама. И любых частей моего тела.

— Звучит очень многообещающе, — промурлыкала я и, если бы не наличие двух братьев в квартире, я была уверена, что одними только словами дело бы не закончилось.

Но мы снова притихли, и в этот раз молчание нарушил Марс, осторожно поинтересовавшись:

— Что ты помнишь о том месте, куда тебя привезли?

Эти мысли не пугали меня. Но и приятными их едва ли можно было назвать.

— Это был какой-то клуб. Названия я не видела.