Слабость Нефрита

Мне вообще по жизни редко везло.

— Бестужев… ты только дыши. Слышишь?! Сейчас приедет скорая помощь, и всё будет хорошо!

Я ещё что-то бессознательно шептала, не отпуская мужской взгляд. Схватила стакан воды со льдом со стола и льняной салфеткой обтирала его лицо и шею. Он что-то пытался сказать, но получался только хрип.

Страшный! Ужасный! Он мне теперь снится будет каждую ночь!

Склонилась к нему, практически прижимая своё ухо к его бледно-синим губам.

— Кажется, ты выиграла, дорогая!

Нет, вашу мать! Не надо мне таких побед! Ничего не надо! Только, чтобы этот нахал жил и продолжал изводить мою нервную систему!

Глава 7

И всё-таки я не совсем пропащий человек. Какие-то высшие силы пожалели меня, и помощь пришла.

Среди посетителей ресторана нашёлся врач, я не знаю, какой он там специальности, но его уверенные и быстрые движения вселяли уверенность и надежду. Кто-то из официантов принёс аптечку, и этот отзывчивый мужчина начал спасать жертву моей «веселой» мести.

У меня, наверное, начался шок. Я делала, что просили, но на автомате, так как мой взгляд по- прежнему не отрывался от лица Бестужева. Мне казалось, что если я моргну лишний разок, то он сразу умрёт.

Но х- мен не умер."

"Реанимационная бригадаприбыла довольно быстро, после чего Демьяна быстренько загрузили в позитивно-желтую машину скорой помощи. Меня туда тоже почему-то затолкнули, с единственной разницей, что я сидела. Хотя медики на меня как-то странно поглядывали.

Может, Бестужев по-тихому признался, что я его решила уморить. Помню, что он сказал про свою аллергию на шафран, и то, что сам виноват, так как не спросил. Хотя в моём нынешнем состоянии я могу и комету тысячелетия пропустить.

— Девушка… девушкааа… — голос из вне привлёк моё внимание.

— А…

— Вам плохо? — участливо поинтересовался молодой человек в белом халате и даже за руку меня взял.

Я не люблю больницы, а белые халаты вгоняют меня в жуткое волнение. Мне всё время кажется, что меня схватят в связи с какой-то редкой болезнью и запрут навечно в палате, где будет одиноко и больно. Это нелюбовь у меня с детства, так что я очень старалась попадать в эти заведения как можно реже.

— Нет, мне хорошо! Очень хорошо! — как-то чересчур бодро ответила я.

Мой оптимизм не вызвал должной реакции, на меня стали смотреть ещё более внимательно.

— Вы уверены? Может, вам нашатырного дать?

Фуу…гадость какая…встречалась разок с этим веществом! Мерзость несусветная!

— Нет, нет! Всё замечательно, — снова заладила я.

Возникло желание- забиться в угол автомобиля от этих сердобольных. А ещё говорят, что на «скорых» работают только хамы и бесчувственные люди.

— Она просто волнуется, — раздался всё ещё хриплый голос прекратившего умирать Бестужева.