Слабая герцогиня. 10 способов унизить невесту (СИ)

Я мечтал, чтобы утро никогда не наступило, хотелось просто остаться там, в полутьме спальни. Вслушиваться в тихое дыхание, представляя, что события последних дней лишь плод моего воспалённого разума. Раз за разом прокручивал варианты того, как всё могло произойти, если бы я действовал более осмотрительно. Хотя в те моменты решения выглядели единственно верными …

Бессмысленно сейчас об этом думать.

Реальность уже распахнула свои когтистые объятия. Слишком отчётливо я осознаю, что может последовать за сегодняшним визитом во дворец. Полагаю, при следующем восходе солнца у меня уже не будет ни этого имения, ни земель, ни титула… ни свободы.

Как такое могло произойти со мной? Всё это напоминает дурной сон. То, чего невозможно было представить. Нелепое стечение обстоятельств, несколько неверных решений, несколько неосторожных разговоров.

Бесполезно перекладывать вину на Итеона, это приведёт лишь к тому, что пострадаем мы оба. Но если сумею оградить его, то у меня хотя бы останется тот, к кому я смогу попроситься на службу… хочется верить, что он не откажет опальному другу, даже после тюрьмы… Хотя о чём это я? Уверен, Эммилина подробно расскажет обо всём, что предшествовало её забвению.

Отчаянно тру ладонями лицо и заставляю себя подняться. Нужно успеть слишком многое. Написать десятки писем и отдать их управляющему, сопроводив инструкцией: кому, когда и в каких случаях эти бумаги доставить. Требуется завершить несколько самых важных дел, с которыми я бы не справился из дворца, а тем более из тюремных казематов.

Разумеется, времени не хватает, но я делаю всё, что могу за этот жалкий отрезок времени. Едва успеваю к ожидающему королевскому экипажу. Было бы непростительно опоздать в таких обстоятельствах…

Это были первые слова монарха. Сведённые к переносице брови и выражение полного разочарования во взгляде.

— Молчать! — звук удара королевской ладони о стол звучит как пощёчина. Мне не доводилось видеть монарха в гневе. Прежде он всегда был доброжелателен в разговорах со мной. — Я знаю про все твои выходки! Даже о пище простолюдинов для той, что принадлежит к монаршей семье. Думал, я не узнаю? Так-то ты собирался преодолеть ваши прежние разногласия? А попустительское отношение к её здоровью? Я сейчас даже не говорю о том, что ты допустил появление постороннего в её комнатах! Зейн-Малик передал мне предварительные выводы по расследованию, с этим отдельно разберёмся.

Он делает многозначительную паузу, останавливая на мне тяжёлый проницательный взгляд.

Я видел, что Эммилина прикрыла следы от осколков волосами, а царапины на шее изящным платком. Спрятала от посторонних глаз… но не от короля. Вспоминаю алую ссадину от удара об угол мозаичного столика.