Сквозь огонь

– А я б еще тут порезвился, – сказал сотник без сотни Шигобер, при более близком знакомстве оказавшийся не таким уж плохим человеком. Да, нахальным и скорым на язык, но таких в дружине большинство. – Где те ромеи, от которых мы бежим? Не видать их что-то.

– Не насмотрелся на ромеев, Шигобер? – ухмыльнулся Машег. – Хочешь еще на доске поплавать?

Шигобер вскипел… И остыл. Обидно, да, но правда же. Что ж тут возмущаться.

– Паруса на горизонте! – закричал с мачты Кочень, отправленный туда наблюдателем. – С полдня идут! Много!

– Вот тебе и ромеи, – сказал Машег. – Накликал ты их, Шигобер.

Варяг потупился смущенно. Вдруг и впрямь накликал.

– Не догонят, – уверенно сказал Джованни Сергею. – Ветер наш, южный.

Сергей посмотрел на византийский берег, который почти превратился в сизое облачко на самой границе бесконечной синевы.

Не догонят. Даже весла в дело пускать не потребуется. И это хорошо, потому что гребцов у них на два хеландия точно не хватит. А еще свои кораблики.

Сергей бросил взгляд на идущий на буксире «Хродгейр», который так и не удосужились переименовать. Да, пожалуй, и не понадобится. «Копье славы» – годное имя для боевого корабля, который пусть и на буксире, но пролетит насквозь весь Понт Евксинский. Главное, чтоб долетел. А уж попадет наверняка. По такой цели сложно промахнуться.

Ререх был мрачен. Несмотря на то что добычу они взяли богатейшую и стоило это дружине всего троих отроков. Да и этих троих они потеряли, когда прорывались сквозь заслон ромейского флота вслед за черниговскими. А после настоящих боев и не было. Так, стычки. Сигвард Кривоногий, присоединившийся к варягам еще на Днепре, оказался очень полезным человеком. Многое знал о том, как все устроено у ромеев. А самое главное: знал, где взять то, что подороже, и при этом не угодить под молот имперских тагм. Во многом помогало то, что они почти сразу отделились от киевской дружины. Это предложил Сигвард, и Ререх согласился. Главным образом потому, что больше не доверял Хельгу. Ререх полагал: великий князь использовал союзников для того, чтобы связать бо́льшую часть ромейского флота. Сознательно шел ему навстречу, потому что был уверен, что прорвется. Он и прорвался. Даже опередив всех, выскочил прямо к ромейской столице.

И тут его ждало разочарование. Ромеи защитили нежное брюшко города: подняли цепь и перекрыли доступ в залив. Ну а осаждать этакие стены было бесполезно и губительно. Тем более Олеговы послухи (у него, оказывается, были послухи даже здесь, в сердце империи) настоятельно советовали не задерживаться надолго. Мол, вестники уже отправлены и скоро сюда подойдет с востока большое войско и русам придется туго.