Сквозь огонь

И птицы свистят-чирикают: весна, весна!

– Моя сорок седьмая.

Ведун стоял позади Сергея.

Однако. Сергей почему-то думал, что Избор старше. Он даже звал его мысленно старым. Причем не на здешний манер, когда старым величали не столько по возрасту, сколько по заслугам.

Избор обогнул его, шагнул босиком в сугроб, подхватил пригоршней здоровенный снежный ком, окунул в него лицо, постоял так некоторое время, не обращая внимания на прыгавшего вокруг кобеля-полуволка, потом обернул к Сергею облепленное снегом лицо.

– Ярило здесь, – сказал он счастливым голосом. – Вижу: славный год будет!

– Никто не умрет? – осторожно спросил Сергей.

– Из наших – никто! – уверенно заявил Избор. Ухватил полупса за мохнатый загривок, потрепал и отпустил.

Кобель запрыгал еще ретивее и вдруг залился лаем, что тоже было удивительно. Прежде Сергей от него даже одноразового гавка не слышал. Но сейчас занимало другое.

– Избор… А я… Я ваш?

– Наш, наш, – Избор поднялся на бревнышко крыльца, отер от снега красные ступни. – Стал бы я иначе с тобой, малахольным, возиться.

– Ага… Слушай… А научи меня вашему родовому бою! – ляпнул Сергей.

– Чего? – Ведун повернулся к нему всем телом.

Беззаботно скачущий в снегу кобель вмиг встал на все четыре широко расставленные лапы, опустив голову и не сводя светлых волчьих глаз с хозяина.

Сергей нервно сглотнул, но все же продолжил.

– Я видел, – сказал он. – У Турбрида, у Ререха… И у тебя. Если я ваш – научи и меня.

– Зачем тебе? – вполне добродушно спросил ведун. – В бою от той сноровки проку немного. В сече нурманская повадка хороша. И учитель у тебя есть – из лучших.

Сергей мотнул головой:

– Если я – ваш, то должен владеть. Пусть я только по браку родичем буду. Должен.

– Справедливо, – кивнул Избор. – Тем паче и пошло оно тоже от такого, как ты. Сводного.

Сергей весь обратился в слух.

– Был у нас родич, – неторопливо начал ведун. – Конунг из данов. Знатный нурман по роду, хотя с виду не скажешь. Тетка моя за ним была. Младшей женой, а отец мой, Вильд Мореход, ему шурином приходился. Вот тот конунг и научил отца, как по-умному с железом управляться. Да так хорошо научил, что Вильд даже моего деда, своего отца, превзошел. А тот даже и на шестом десятке лучшим поединщиком считался. Говорили: не было ему равных среди нас, варягов. Особенно когда сила Перуна на рамена его сходила. Однако Вильд был лучше. И учил меня он. И брата моего, Стемидова отца, – тоже он. И Стемида. А вот Стемидычей уже я гонял, – ведун усмехнулся. – А из тех, кто кроме нас тем умным обращением владеет, я только одного знаю: Хельгу Киевского. Теперь, может, и тебя выучу. Завтра поглядим.

– А почему не сегодня? – вскинулся Сергей. Внутри все аж заходилось от ликования.

– А праздник сегодня, – добродушно пояснил Избор.