Скрывая чувства

Я не позволила им идти со мной, а вот коллега не стал спрашивать моего разрешения. Преодолев несколько помещений и коридоров, я наконец добралась до крыла скорой помощи, откуда меня направили в хирургическое отделение.

Марк Громов поступил в больницу около двух часов, и сейчас находился в операционной. Именно это мне удалось услышать от персонала, работающего в больнице. Я находилась в коридоре, нервно расхаживая из угла в угол под зорким наблюдением Саши, когда услышала знакомый твердый голос, зовущий меня по имени:

– Лера? – Виктор не был удивлен моему появлению, гневно взирая на стоящего чуть поодаль от меня хмурого мужчину.

Саша встретился с непроницаемым взглядом Никольского и только пожал плечами, не собираясь тому объяснять, что он здесь делает.

– Что с Марком? – выпалила я, резко приблизившись к Виктору.

Тот отступил назад, поднимая руки в оборонительном жесте. Наверное, сейчас я выглядела как разъяренная фурия, но меня совершенно не волновало то, что окружающие нас люди могут подумать.

– Пойдем со мной, – спокойно произнес Виктор, указывая в сторону приоткрытой двери. Там находился чей-то кабинет, но я не смогла рассмотреть таблички. Саша сделал пару шагов, когда был остановлен Никольским, запретившим тому идти за нами.

Оказавшись в просторном и безлюдном кабинете, я обернулась назад, заметив, как Виктор закрывает за собой дверь. Он проследовал в сторону небольшого коричневого дивана, на который аккуратно присел, предлагая и мне занять место рядом с ним. Но я не хотела приближаться к нему, и выбрала пустой стул, стоящий около одного из столов, заваленных бумагами.

– Что с ним? – вновь повторила свой вопрос, крепко сжимая ладони.

– Марк на операции, – сухо ответил Виктор. – Пока она не завершится, я ничего не могу сказать.

Отвратительный тошнотворный ком поднялся к моему горлу, и я часто задышала, вспоминая окровавленные подушки безопасности и искореженный черный металл.

– Что там произошло? – всхлипнула я, борясь со слезами, которые текли по из глаз, оставляя мокрые дорожки на белых щеках.

Виктор отвернулся от меня, пока я буравила его мутным взглядом.

– Не справился с управлением, – спокойно произнес он. – Но, Лера, что ты здесь делаешь?

– Что значит «не справился с управлением»? – мой голос звенел в ушах. – Ты же сам запретил ему садиться за руль, выделив охрану!

Виктор резко обернулся, посмотрев на меня.

– И что это за вопросы? Неужели ты думал, что я не приеду, когда узнаю об этой аварии? – голос дрожал, переходя то на крик, а после резко на хрип.

Никольский снял очки и посмотрел на меня теперь уже расфокусированном зрением. Наверное, на столько отвратительно я сейчас выглядела, допрашивая его, что смотреть на меня было противно.