Скрытые в темноте

Кабинет Уолша на третьем этаже, лифта нет. Слегка запыхавшиеся полицейские подходят к двери. Им открывает мужчина в клетчатой рубашке и вязаном галстуке. Начищенные туфли блестят. Очень подходит под описание Элспет Гибсон.

– Да?

– Детектив-констебль Крис Гислингхэм, детектив-констебль Эрика Сомер, полиция долины Темзы. Можно с вами поговорить?

Уолш удивленно моргает и, обернувшись, поглядывает в кабинет.

– Вообще-то у меня сейчас дополнительное занятие. Не зайдете попозже?

– Мы приехали сюда из Оксфорда, – отвечает Гислингхэм, – так что нет, мы не «зайдем попозже». Впустите нас?

Несколько секунд мужчины внимательно смотрят друг на друга, затем Уолш отступает внутрь.

– Конечно."

"Кабинет скорее смахивает на классную комнату. Здесь уже нет никаких кожаных кресел, лишь письменный стол, ряд стульев с твердой спинкой, старинная доска и несколько постеров в раме (афиша «Мадам Баттерфляй» из Английской национальной оперы и плакат с выставки памятников материальной культуры Японии в Музее Ашмола). За одной из парт ерзает рыжеволосый мальчишка лет одиннадцати-двенадцати с учебником на коленях.

– Ладно, Джошуа, – чересчур напыщенно говорит Уолш. – Похоже, ты спасен от мучений благодаря появлению deus ex machina[14]. Можешь идти. – Уолш придерживает дверь открытой. – Но завтра с утра первым делом покажешь мне домашнее задание по хлебным законам.

Замерев у выхода, мальчик оглядывается на Гислингхэма, а потом уходит. Слышно, как его ботинки стучат по лестнице.

– Итак, – говорит Уолш, стоя за своим столом и таким образом показывая, кто здесь главный. – Чем я могу вам помочь?

– Полагаю, вы знаете, зачем мы пришли, – начинает Гислингхэм.

Уолш смотрит на него, затем на Сомер.

– Честно говоря, нет.

– Это насчет вашего дяди или, точнее, супруга вашей тети. Я имею в виду Уильяма Харпера.

– А, – отзывается Уолш. – Что ж, ничего удивительного. Хотя не знаю, стоило ли вас присылать.

– Дело серьезное, мистер Уолш.

– Естественно. Я хотел сказать… Ну, просто связались бы со мной, и я бы все решил. Никого другого, наверное, у него не осталось.

– О ком вы говорите, мистер Уолш? – спрашивает Гис.

– О юристах. Он, кажется, нанимал поверенных из какой-то оксфордской фирмы…

– Я вас не понимаю.

– Вы же насчет завещания? Билл умер?

Сомер и Гислингхэм переглядываются.

– Вы не видели новости? Газеты?

Уолш улыбается, изображая притворную беспомощность.

– Вы представляете, сколько времени уходит на эту работу? Боюсь, мне некогда читать прессу.

Сомер прекрасно его понимает, однако говорить о своем учительском опыте не собирается.

– Тогда, думаю, вам лучше присесть.

* * *– Как пару дней назад заметил один мой коллега, иногда нам просто везет.