Скрытые намерения

– Вы разговаривали с одним из них – какое у вас сложилось впечатление?

– Я думаю, что люди, с которыми мы здесь имеем дело, чрезвычайно опасны, хотя и не потому, что они агрессивно настроены, – сказала она. – Основная эмоция, которая движет ими в настоящий момент, – это страх. Человек, с которым я общалась, не рвется в бой – он требует, чтобы мы держались подальше, и угрожает причинить вред заложникам, если мы этого не сделаем. Эта осада – явно не то, что он предвидел, и прямо сейчас он чувствует себя угодившим в ловушку, чем явно напуган. И пока этот его страх нарастает, жизни заложников в большой опасности. И, что еще хуже, он крайне подозрителен. Уверен, что полиция желает заложникам смерти. Выражаясь его собственными словами, «чтобы подчистить концы».

– Основное убеждение Стражей заключается в том, что правоохранительные органы контролируются некоей тайной кликой, – объяснил Келли.

– Тогда что мы можем предпринять в этой связи? – спросил Эстрада.

– Прежде всего, нам нужно притушить его страх и дать ему чувство контроля над ситуацией, – сказала Эбби. – Я бы предложила убрать этот вертолет, если он нам не нужен. Я понемногу устанавливаю с ним взаимопонимание и работаю над тем, чтобы он стал воспринимать меня по-другому. В качестве первого шага мне нужно, чтобы он доверял моим намерениям, думал обо мне как о своем союзнике в полиции. С его точки зрения, я уже слышала о Стражах и о том, как они разоблачили Харви Вайнштейна.

– Как они… что? – Эстрада помассировал переносицу.

– Стражи утверждают, что именно они раскрыли правду о сексуальных домогательствах со стороны Вайнштейна, – объяснила Эбби. – Они считают это одной из своих самых крупных побед.

– И вы думаете, что он поведется на ваши заверения в том, что вы ему верите?

– Может, и нет – поначалу. Но все хотят, чтобы им верили. И этим людям нужен союзник. А еще я постаралась подчеркнуть, что он – сострадательный парень, который хочет поступить по совести. Надеюсь, услышав, что я думаю о нем как о сострадательном человеке, он попытается соответствовать этим ожиданиям. Это должно помочь нам в переговорах.

– Хорошо. Вы получили от него какую-то информацию?

– У меня есть его прозвище. Он сказал, что я могу называть его Гусеницей. Учитывая странный выбор псевдонима и тот факт, что он довольно быстро назвал его, это, вероятно, никнейм или имя пользователя в интернете.

– Мы поищем на форумах, – пообещал Келли.

Эбби кивнула и посмотрела на Эстраду.

– И стоит проверить номерные знаки всех автомобилей, припаркованных в соседних кварталах.

– Мы уже этим занимаемся, – сказал тот. – Ищем все машины, которые не принадлежат кому-то из сотрудников школы или местным жителям. И уже изучаем записи с камер наблюдения в этом районе.