Скрытая угроза

Отдающий большое значение внешним атрибутам директор ЦРУ не терпел неопрятности своих подчиненных, но при всей своей нескладности Роджер Вэлш безусловно был профессионалом, чутко держащим руку на пульсе дикого и непредсказуемого русского медведя. Поэтому сейчас директор ЦРУ не сделал ему замечание за растрепанную прическу, а поднялся из-за стола и с располагающей улыбкой поинтересовался:

– Добрый день, Роджер. Как дела?

– Спасибо, сэр. Пока все в порядке.

Выделив в ответе ключевое слово «пока», директор понял, что его опасения не напрасны. Пожав Вэлшу руку, он указал ему на приставной столик для посетителей, возле своего стола, сам сел напротив и поинтересовался:

– Ну, и что тебя беспокоит?

– Сэр, тридцать шесть часов назад в Москве пропал наш резидент Филипп Уотерс.

Директор ЦРУ в задумчивости сдвинул брови. Прекрасно понимая, что он не может держать в памяти имена всех сотрудников Центрального разведывательного управления, начальники отделов в своих докладах обычно опускали их. Но названное Вэлшем имя показалось директору знакомым. В следующую секунду он вспомнил, когда и при каких обстоятельствах слышал его.

– Уотерс – ваш офицер, через которого идет вся информация Хироманта?!

– Совершенно верно, сэр. – Начальник русского отдела поспешно кивнул. – Но накануне он пропал.

– Как это пропал? – недоуменно пожал плечами директор.

– Исчез. В двенадцать двадцать выехал из посольства и не вернулся. И никто из наших сотрудников с того момента не получал от него никаких сведений.

– И что это означает?! – повысил голос директор ЦРУ. Обстоятельные доклады начальника русского отдела всегда нравились ему, но сейчас такая манера Вэлша вести беседу раздражала его.

– Мы этого не знаем, сэр. Однако я уверен, если бы у Уотерса была возможность связаться с нашим отделом или посольством, он бы это сделал. И раз он так и не вышел на связь, я склонен предполагать, что с ним произошло ЧП.

– Какое именно: задержание российской контрразведкой, арест, похищение?!

– Сэр, если бы Уотерса задержала, тем паче арестовала контрразведка, русские непременно проинформировали бы об этом наше посольство. Однако они этого не сделали. К тому же никаких оснований для своего задержания или ареста Уотерс не давал. Связь с Хиромантом осуществлялась посредством тайниковых передач. Закладку и съем контейнеров производили другие сотрудники московской резидентуры, которые не знали, для кого оставляют инструкции и от кого получают информацию. Если бы исчезновение нашего резидента произошло в Багдаде, Тегеране или Кабуле, основной версией, безусловно, стало бы похищение. Но русские не действовали таким образом даже во время «холодной войны».

Директор ЦРУ раздраженно поморщился.