Скромница для злодея

Он сунул руку в карман брюк и вытащил клочок ткани. Потрепанный и ветхий. Фелисити взглянула на него, когда Дьявол большим пальцем провел по вышивке, к которой была приколота медная булавка. Он знал, что ей хочется взять ткань, рассмотреть, но она сдержалась. А его разрывало между желанием отдать ей доказательство того, что он никогда не станет равным ей, и снова его спрятать; он хотел поделиться, но одновременно страшно этого боялся. В конце концов Дьявол остановился на третьем варианте – просто положил ткань на ладонь так, чтобы стало видно красивую, когда-то красную букву М, теперь вылинявшую и ставшую коричневой и почти распавшуюся на части. Его талисман.

Его прошлое.

Он хотел, чтобы она поняла.

– Мне было десять, когда он пришел… по иронии судьбы, ночью. Они забрали меня из спальни мальчиков, и я до сих пор вижу свет от свечи настоятеля. – Он сжал кулак, не заметив этого. – Я думал, что спасен. Отец привез меня в деревню, в поместье такое шикарное, о каком я и мечтать не мог. И представил меня братьям. – Дьявол помолчал, затем повторил: – Я думал, что спасен.

Фелисити крепче сжала его ладонь, переплела свои пальцы с его, словно уже видела его прошлое.

– Но нет, – сказал он. – Я всего лишь сменил одну тьму на другую.

Дьявол ощущал проницательную сосредоточенность Фелисити, острую как бритва, не отпускавшую его ни на секунду. Он не смотрел на нее. Просто не мог. Он продолжал говорить, обращаясь к ее руке, поворачивая ее то так то эдак, поглаживая большим пальцем костяшки, наслаждаясь ощущением холмов и впадин на ней.

– Мы родились в один день, и у нашего отца был богатый выбор. Четверо детей. Три мальчика и девочка. – Он покачал головой. – Не следовало бы мне ликовать, зная, чем закончилась эта история, но я могу с гордостью сказать, что мой отец не получил того единственного, чего хотел в тот день – наследника. Единственный ребенок, которого он мог бы выдать за наследника, родился девочкой. А остальные… – Он посмотрел в звездное небо. – Мы все были незаконнорожденными. Бастардами.

Он попытался отпустить ее руку, но Фелисити ему не позволила. Она еще крепче стиснула его ладонь, когда он продолжил:

– Но мой отец был в высшей степени изворотлив и расчетлив. Для него имя значило куда больше, чем состояние. Или будущее. Или правда. И он объявил, что у него родился наследник. Сын.

Глаза Фелисити широко распахнулись.

– Но это незаконно!

«Не просто незаконно. Это карается смертью, если наследник получает герцогство».

– И никто ничего не узнал? Никто ничего не сказал?

Дьявол понимал, поверить в это невозможно. Поздними ночами он часто мучился над этим воспоминанием, уверенный, что запомнил все неправильно. Дом был полон слуг. Многие должны были заметить и сказать об этом вслух.

Но он и сам был там.