Скованные

— Ты приняла решение за двоих, не давая другой стороне выбора. Вот это эгоизм, — Дрейк приподнялся и сел поудобнее. — И раз уж зашел разговор… Ты всерьез намерена от нее избавиться?

Где еда? Много болтовни. Я не люблю откровенные разговоры, после них возникает много проблем.

Разложить перед столичным все карты, продемонстрировать колоду… Я уже спалила карты на руках. Эмоции плохие друзья.

— Интересно, — Дрейк почесал под подбородком, не сводя с меня взгляда.

Он несколько долгих секунд словно пытался докопаться до ответа на свой вопрос.

— Всерьез, значит, — пробормотал он. — Из-за чего?

Это не великая тайна.

Дрейк словно ждал продолжения. В той же позе, с прямым взглядом.

Я нахмурилась. Не понимаю, какие еще нужны объяснения?

— Все? — Дрейк недоумевал и этим жутко бесил.

— Не все, но и одного этого достаточно.

Будто скрывая от меня слишком явную усмешку, Дрейк уставился на горизонт.

Сцепила руки под грудью.

Пусть мой аргумент для него недостаточен, для меня он весомый. Настолько, что любые гипотетические плюсы перевесит.

— Что еще? — Дрейк повернулся, больше не пряча откровенно веселую улыбку.

Хорошенький повод для веселья, когда тебя это не касается.

— Я его не выбирала.

Темные брови столичного приподнялись в ожидании продолжения.

— И ты, конечно же, уверена, что точно не ошибешься в своем выборе.

Легкость и спокойствие Дрейка послужили керосином для нервов. Щедро облили и подожгли.

— Хочешь сказать, ты бы навязанную пару принял как должное?

Он вновь пробежался взглядом по горизонту.

— Я бы не отказался от истинности.

Похоже, правду говорит. Его уверенность в собственных словах толкала меня заполучить опровержение. Деталь, за которую смогу ухватиться и сказать: "Вот видишь! Все не так просто, как ты думаешь".

— И она бы не отказалась, — Дрейк усмехнулся. — Когда счастлив, всякая херь в голову не помещается. Для нее места не остается.

— Думаешь, она была бы счастлива, что на нее свалилась истинность с неизвестным? — никак не могла заглушить скептицизм.

Самоуверенность божественного уровня.

— Да, потому что я бы все для этого сделал.

Неприятная обида пробралась занозой и застряла в груди.

Малознакомая часть меня недовольно сопела.

Мой истинный точно ничего предпринимать не станет. С удовольствием поможет избавиться от истинности.

От продолжения диалога спас ужин. Я ела и невольно, неизвестно зачем, пыталась представить Малина, добивающимся моего расположения.

Ничего не вышло. Ни одной внятной картинки.

Это задело не меньше. В итоге весь ужин злилась на себя из-за того, что злилась на воображаемого Малина. Просто фантастика.

Очевидно, моего мнения ничто не изменит. Глупо тратить силы на бессмысленные обиды.