Скованные

— Нет, давай со мной, — потянула ее на себя.

Благо хоть додумалась в одежде здесь запереться, а не голой. Хотя я бы ее и голой выволокла.

Найти кого-нибудь, кто за ней присмотрит… или сбегает за врачом.

— Эй! Нужна помощь! — заорала во весь голос, придерживая перекинутую через плечо руку.

Тяжелая… А с виду миниатюрная.

Фиф вяло переставляла ноги, пока я тащила ее в коридор.

— Все… из-за меня… — пробормотала она.

— Кто-нибудь! Все сдохли или оглохли?! — проорала на весь блок.

Рюк выглянул из комнаты, следом показался Патрик. Им хватило пары секунд для верной оценки обстановки. Они подлетели, перехватили Фиф.

Отмахнулась ото всех вопросов, сама ничего не знаю.

— В медпункт, быстро! — бросила на бегу. — Я вперед! Предупрежу.

Никогда не думала, что буду спасать человека, который меня ненавидит.

Неслась, захлебываясь мыслями, что могу не успеть, и того хуже — возложу на себя вину за это. Я не люблю чувствовать себя виноватой.

Вылетела с лестницы и едва не грохнулась.

— Убиться захотела? — бросил столичный, потирая плечо, в которое я врезалась.

— Кара, ты летать учишься или самоубиться решила?

— Шутки по самоубийство расскажи Фиф, она себе вены перерезала. Где медпункт?

Вся веселость разом сошла с лица Дрейка. Топот сверху оповестил о парнях, несущих пострадавшую.

— Какого… — он смачно выругался и бросился к ним.

Даже про поврежденную ногу забыл, будто и не хромал.

Так действует адреналин, да?

Дрейк забрал Фиф и понесся по коридору, до конца. В считанные секунду преодолел приличное расстояние, толкнул дверь.

Хлопок, и звенящая тишина опустилась на всех нас. Больше не вялого мычания Фиф, ни топота шагов. Универ словно вымер на несколько долгих секунд.

Звуки постепенно заполняли уши смехом из центрального холла, разговорами на лестнице. Жизнь не заканчивалась. По крайней мере для нас.

— Надеюсь, с ней все будет в порядке, — произнес Патрик.

— Хочется верить, — выдохнула я и поплелась наверх.

Я сделала, что от меня зависело. Только на душе все равно паршиво.

В гостиную столичных мы с Нэнси пошли вместе. Она зашла, когда я неизвестно сколько времени просто смотрела в потолок.

Мне не хотелось ничего делать. В душ я так и не вернулась. Одна мысль зайти туда снова доставляла дискомфорт.

Снова и снова перед глазами прокручивалась Фиф в воде, полной крови.

Вариант ночевать у Макса перестал казаться плохим. Там точно не произойдет ничего подобного. Ванная только для двоих. Никаких сломленных людей вокруг.

Завернули в корпус столичных, спустились вниз. Гостиная находится рядом с памятным бассейном.

Негромкие голоса сплетались в один нестройный звук, с перепадами то выше, то ниже. Столичные расселись, где им было удобно, а приезжие, как обычно, стояли в сторонке грузной кучкой.