Скованные

Ворот свитера надорван и с каплями крови. Из пореза на щеке медленно сочилась кровь, капая и пропитывая шерсть. Красное от слез и напряжения лицо залито слезами. Белые подрагивающие пальцы коснулись раны. Нэнси посмотрела на красные следы на подушечках и подняла на меня затравленный взгляд.

Помогла ей подняться, только теперь заметив стоящего в стороне парня. Он смотрел в пол, словно провинившийся подросток. Но черт возьми! Выслушать ругань не то же самое, что понести наказание. И кто его накажет? Свои? Не верю.

— Мразь, — не сдержалась, плюнула ему под ноги.

Поймала его колючий взгляд. Таким не смотрят, когда раскаиваются. Наверняка считает себя правым.

— О, я бы посмотрела в твои насмехающиеся глаза, когда в твоей глотке оказались бы твои яйца. Веселая перспектива, правда?

Его губы слегка искривились, почти незаметно. Во взгляде исподлобья блеснула злость.

Нэнси опиралась на меня, переставляя трясущиеся ноги. Вывела ее из треклятого туалета, едва сдерживаясь, чтобы не вернуться и не вцепиться ногтями в паршивые глаза. Силы неравны, это меня останавливает.

— Вы с какого района? — ровный вопрос прилетел в спину.

Нэнси мертвой хваткой вцепилась в мое плечо.

Обернулась на незнакомца. Здоровый мужчина с огромными руками, широкими плечами под натянутым свитером. Если бы он тогда не подвинулся сам, я бы точно его не сдвинула.

Он бросил острый взгляд в сторону, очевидно на того подонка, и вновь обратил внимание на нас.

Что-то побудило ему ответить.

Мы с Нэнси двинулись дальше. Опасно задерживаться, на нас уже косятся, некоторые смотрят пристально, рассматривают.

— Давай убираться отсюда, — потянула ее, чтобы ускорилась.

Нэнси все еще потряхивало, она шмыгала носом, на красных щеках засыхали слезы. Кровь сочилась все медленнее, но пока не перестала бежать.

Какой же все-таки ублюдок… Лишь бы шрам не остался.

Поганая усмешка у попавшегося на пути столичного. Скрипнула зубами. Любое высказывание с моей стороны спровоцирует. А так хочется высказать все, чего заслуживает этот мерзкий тип.

Холодный, почти ночной, воздух остудил. Несколько шагов, и он пробрался под костюм.

— Надо добраться до универа. Автобус мы уже не дождемся. Это прозвучит грубо, но тебе придется прийти в себя, потому что нам придется идти пешком, — я посмотрела на первые звезды. — Желательно быстро.

Нэнси активно закивала, размазывая по щеке и подбородку кровь.

— Я в порядке, да, — она продолжала кивать и зачем-то терла щеки. — В порядке. Идем.

У нее, похоже, шок. Что с этим делать? Оставить в покое, само пройдет? А если не пройдет?

Хорошо отдохнули. Повеселились на славу.

Лучше быть не может! Воспоминания на всю жизнь.

Неприятные взгляды врезались в спину, в затылок. Нэнси ежилась, шагая рядом.