Скованные

— Нулевая вероятность? Ты видела статистику, или изучила частоту проявления побочек? — Макс сдержался от повышенного тона, но напряжение звенело в голосе. — Сколько вообще пар прошли через избавление от истинности, ты знаешь? Интересовалась?

— Мне достаточно знать, что у кого-то это получилось!

Я все же сорвалась на крик, не сдержав эмоций.

— Факты? Доказательства? — Макс хлестал взглядом. — Ты с ними разговаривала? Они живы вообще?

Еще немного, и я начну извергать снопы искр из ноздрей.

— Какого черта, Малин?! Ты был согласен! Ты. Согласился. И что теперь?!

— Я дал тебе достаточно времени адекватно подумать и осознать, что ты затеяла херню, но до тебя никак не доходит! Упертая истеричка, — процедил Макс.

— Импотент! — подумала, и добавила: — Потенциальный.

— Твоими молитвами, — губы Малина иронично изогнулись.

Шумно выдохнула кипящие эмоции, и отвернулась. Лицо столичного не способствует моему успокоению.

Начала считать удары разбушевавшегося сердца, чтобы немного усмирить ум.

Мышцы подрагивали. Завела волосы назад, стиснула зубы. Сжала кулаки на мгновение, и развернулась.

— Ты не можешь решать за двоих, — постаралась говорить спокойно, насколько возможно.

Сложила руки на груди, сжала локти. Со вздернутым подбородком смотрела на причину моих бед.

— Ты можешь, а мне нельзя. Как я сам не догадался о твоих привилегиях?

Сместила взгляд на дверь, лишь бы не видеть саркастичной ухмылки.

Стало ощутимо некомфортно находиться рядом. В одной комнате.

Он не слышит меня, я — его. Надо сойтись в понимании, что эта истинность нам не нужна.

Без эмоций, без влияния моего запаха Макс наверняка осознает, что зря все это наговорил.

— Нам надо успокоиться, — я смотрела куда угодно, но не на Малина. — По отдельности.

Лучшим ответом мог стать молчаливый уход. Но не стал.

Выпустила пару-тройку ментальных отравленных стрел в столичного. Он на мой смертоносный взгляд отреагировал усмешкой.

— По отдельности мы не поймем как долго можем находиться рядом в относительном спокойствии после наших совместных развлечений. Я уже говорил.

Макс пошел в сторону окна, игнорируя мое демонстрируемое недовольство. На ходу стянул с бедер полотенце, мимоходом бросил на постель.

Не удержалась от комментария:

— Ты всегда с перманентным стояком?

Поэтому мозгу кровообращения не достает, оно все в другом месте сконцентрировано.

— Рядом с тобой — да, — он поднял свое белье с пола и повернулся ко мне, без стеснения демонстрируя всю… м-м… красоту.

Приятно, конечно, знать, что я так влияю на Макса. Вернее, не я, а запах. С истинностью внешний вид не выбирают. Как и внутреннее содержание. Но это лирика.

Факт: я его тоже хочу. Всегда. Когда он поблизости. На это обычно влияет запах. Теперь же влияет и картинка перед глазами.