Наследники Скорби (СИ)

Оказавшись среди выучей, которые исподволь бросали на чудачку любопытные взгляды, девушка не растерялась и даже не смутилась. Уселась на лавку, но прежде чем взяться за ложку, принялась вертеть головой, словно выискивая кого-то, только ей одной ведомого.

— Чего крутишься, блохи что ли кусают? — Ихтор придвинул дурочке миску с хлебовом. — Ешь.

— Да где же радость-то моя? — блаженная тревожно озиралась, едва сдерживая слезы. — Что ж не идет? Остынет же все!

— Послушай меня, — целитель развернул дурочку к себе. — Радость твоя — наузник. Он днями спит, ночью мертвых упокаивает. И сейчас, поди, дрыхнет, не вспоминает про тебя. Ешь. Голодом тут никого не морят.

Светла сморгнула слезы и взялась за ложку. Но ела медленно, через силу. Наконец, вскинула на целителя полные тоски глаза и спросила с мольбой в голосе:

— А пойдем, пригожий мой, его проверим, а? Вдруг захворал? Ой, с лица был бледен…

""Ума б тебе"", — в сердцах подумал крефф, но промолчал, выразительно поглядев на миску с похлебкой. Глупая вздохнула и продолжила есть. А у Ихтора в голове не укладывалось — с чего девка решила, что самому жестокому креффу, привыкшему к такому, от чего у другого рассудок вскипит, нужны ее забота и ласка? Донатос к первому не привык, во втором не нуждался. Тем более от дурехи, у которой рассудок путался, и речи были бессвязные.

Тем временем блаженная с горем пополам закончила трапезу, облизала ложку и сунула ее в карман своего потрепанного латаного-перелатанного кошеля.

— Ложка-то тебе зачем? — удивился Ихтор.

— Занадом, — важно ответила юродивая и сунула в тот же кошель ломоть хлеба.

Лекарь пожал плечами, но говорить ничего не стал. Хочет — пусть возьмет. Натерпелась девка, мало ли какая придурь в ней из-за этого завелась. И крефф повел подопечную в мыльню, по пути объясняя, что к чему в Цитадели. Понимания не ждал, говорил скорее по привычке, но Светла слушала охотно и всякий раз кивала.

Он рассказал ей, что на верхних ярусах живут наставники, и туда не надо ходить без надобности — двери в покои зачарованы. Рассказал о выучах и о том, что приставать к ним с беседами и разговорами не нужно. Предостерегал спускаться в подземелья, где запросто можно заплутать.

Девушка вопросов не задавала, только теребила цветные нитки в волосах и улыбалась, соглашаясь со всем сказанным.

Спустившись на нижние ярусы, целитель впихнул дурочку в каморку Нурлисы.

— Бабка ты тут? — громко спросил он жаркую темноту.

— Кто тут тебе бабка, сморчок одноглазый? Чего разорался? — хрычевка выкатилась из своего угла с чадящей лучиной в руке.