Скорби Сатаны

Но будут ли эти идеи по-прежнему возникать в вашем уме, после того как ваш кошелек стал полон, – вот в чем вопрос. Как ни странно, оригинальность и вдохновение редко оказываются уделом миллионера. Вдохновение, как считается, приходит свыше, ну а деньги – проза жизни! В вашем случае, однако, и оригинальность, и вдохновение могут расцветать и далее, принося совместные плоды, я в этом уверен. Однако часто бывает так, что, когда деньги сыплются к ногам подающего надежды гения, Бог отступает, а Дьявол выходит на сцену. Разве вы никогда не слышали такую поговорку?

– Никогда, – ответил я с улыбкой.

– Ну что ж, разумеется, поговорка дурацкая и звучит тем более нелепо в наш век, когда люди не верят ни в Бога, ни в черта. Однако она указывает, что человек должен выбирать путь наверх или вниз. Гений устремлен вверх, а деньги тянут вниз. Нельзя одновременно парить и пресмыкаться.

– Богатство вовсе не вынуждает человека пресмыкаться, – возразил я. – Как раз деньги – это то, что необходимо для укрепления способности парить. Они поднимают на невиданные высоты.

– Вы полагаете?

Князь зажег сигару с весьма мрачным и озабоченным видом.

– В таком случае, – продолжал он, – я думаю, что вам очень мало известно из той области, которую я назвал бы естественной физикой. Земное влечет к земле, – вы ведь понимаете это? Золото – вещь в высшей степени земная, его ведь добывают из почвы. Далее его отливают в слитки – и это весьма осязаемый металл. Что касается гения, то никто не знает, к какой стихии он принадлежит. Его нельзя извлечь из земли или передать другому. С ним ничего нельзя сделать, им можно только восхищаться. Это редкий гость, он переменчив, как ветер, и, подобно ветру, может смести все принятые в обществе условности. Он, как я уже сказал, принадлежит к явлениям высшего порядка, не имеющим земного запаха и вкуса. И те, кто обладает даром гениальности, обитают на неизведанных высотах. Что касается денег, то это вполне земное явление. Когда у вас появляется много денег, вы спускаетесь с небес на землю и там остаетесь.

Я рассмеялся:

– Честное слово, вы на редкость красноречиво ратуете против богатства. Но сами-то вы необычайно богаты. И вы об этом сожалеете?

– Нет, совсем не сожалею, потому что от сожаления не было бы никакого проку, – парировал он. – А я никогда не теряю времени даром. Но то, что я вам говорю, – истина. Гений и богатство несовместимы. Возьмем в качестве примера меня. Вы и представить себе не можете, какими способностями я обладал некогда… давно… пока не стал господином самому себе."

"– Я уверен, что эти способности остались у вас до сих пор, – горячо заверил я своего собеседника, любуясь его благородным лицом и прекрасными глазами.