Сколько стоит ваше сердце?

— Именно это я и собираюсь сделать, — кивнула Алета и, получив назад рапиру, несколько раз взмахнула ей, привыкая к весу клинка.

— Святые Древние, эта малышка так серьезна? Просто не знаю, смеяться мне, или хватать ее в охапку и целовать. Эй, парень, может быть ты подскажешь?

— Взять себя в руки и драться, — флегматично посоветовал Арже. — Я бы на вашем месте сделал именно это.

— Боги! Это самая смешная и нелепая дуэль в моей жизни. Девочка, постарайся не уколоться об эту острую железку. Ты, наверное, слишком юна и не знаешь — но для дам есть гораздо более приятный способ оказаться на мужском клинке… Я тебя потом научу. Или, может быть, бросим эти тяжелые предметы и поучимся прямо сейчас? Боже, ты так стоишь, девочка… Чего же ты ждешь-то, а?

— Я вызвала. Ваш выпад первый.

Гвардеец, не переставая хихикать, изобразил какое-то подобие прямого выпада, тыча шпагой так, чтобы даже случайно не попасть в свою противницу.

Алета молниеносно и бесшумно отступила. Она не собиралась оставлять на долю глупой случайности ни одного шанса.

— Даже не пытайся принимать удар на клинок, — втолковывал ей учитель фехтования, — сравни свое запястье и мое. Любой мужчина, по определению, сильнее женщины. И если на твою шпагу обрушится удар тяжелого палаша, что произойдет?

— Останусь без оружия.

— И, скорее всего, без руки. Лучезапястный сустав выбьет однозначно, локтевой повредит вполне вероятно, плечевой потянешь — возможно. В любом случае, в драке ты уже не противник.

— У меня есть и вторая рука.

— Это замечательно. Но — никаких блоков. Уворачивайся. Ты гибкая — это твое преимущество, используй его. И подумай вот о чем — махать здоровенной железкой тяжело, уворачиваться не в пример легче.

— Противник устанет раньше?

— И это твое преимущество. Используй их все. В схватке не важно, у кого изначально больше преимуществ. Важно лишь то, как ты используешь свои.

… — Это что? — удивился граф, рассматривая свою руку, чуть повыше запястья, — это кровь? Она меня, что, уколола? Ты меня уколола?

— У нас дуэль, — пожала плечами Алета.

— Сучка! Она испортила мне камзол!!! — мгновенно протрезвев, завопил граф.

— Мне испортить вам еще и штаны? Или вы прекратите изображать из себя шута и начнете драться? Небо, да шпаги здешних комаров куда опаснее вашей, граф!

Гвардеец сощурился, встал в стойку. Улыбка его куда-то делась, сейчас лицо было сосредоточенным и довольно-таки злым.

— Дура-баба, — сообщил он, — да ты, вообще, знаешь, что такое для воина ранение в руку? Даже пустяковое.

— Ну, как бы, да, — Алета помнила, что во время поединка эмоциям не место. Но искушение рассмеяться было слишком велико. Поборола с трудом. — Собственно, на это и был расчет.