Сколько стоит ваше сердце?

— Баронесса, — проговорил Марк, когда она отсмеялась, — судя по тому, как ловко ваш кузен и его компания выкрали вас из-под носа дяди… они далеко не новички. И эта эскапада, не смотря на вызывающую дерзость, отлично продумана. Полагаю, пути отхода тоже есть. И план Д. На случай, если планы А, Б, В и Г покатятся в Бездну к демонам.

— Практически, уверен.

В конце тропинки появился еще один мужчина в таком же серебристом костюме. Марк не шевельнулся, и Алета решила, что все в порядке, ничего неприличного здесь не происходит.

— Баронесса, — подошедший учтиво поклонился, — вас просят в Малую Приемную.

— Вы проводите меня? Я тут пока совсем не ориентируюсь…

РЫЦАРЬ НОЖА И ПОЛОВНИКА

— Ваше императорское величество, — Волк опустился на одно колено, одновременно вскидывая руку к лицу. Жест был учтивым, изящным и… привычным, это Рамер уловил сразу.

Словно парень в рабочей блузе и кожаных штанах конюха, и с лошадиным хлыстом, небрежно повешенным на поясной ремень, вращался в высшем обществе с восхода до заката и с заката до рассвета, без перерыва на сон и молитвы.

Секретарь смотрел на эту сцену как изумленная рыба, которую вытащили из воды за жабры: таращился и шлепал губами.

Стражи привычно изображали из себя предметы мебели. Они уже проверили странного посетителя сканером на предмет опасных амулетов, обнаружили очень внушительный и крайне интересный набор (который, Волк, впрочем, без напоминаний сдал первым). И, если иногда и косились на парня, то только с уважением. Им с такими опасными игрушками дела иметь пока не доводилось.

Местное "высшее общество" в основном ядами баловалась, да приворотным, а это — дело лекарской службы, к ним не касаемо.

— Корт Тревор, ваше императорское величество. Шевалье Аньер.

— Спасатель? — эти нюансы маленького горного графства Рамер тоже знал.

— Пока нет, — Волк позволил себе легкую улыбку. — Если его светлость отпустит, буду спасать. Подготовка есть. Но сейчас я нужен Монтрезу.

— Да, ваше императорское величество.

— Встаньте. Вам известно, что мой отец не одобрял личный вассалитет.

Смущенным или как-то придавленным оказанной честью паренек не выглядел. Скорее, здесь была легкая досада на все эти церемонии, которые мешают ему пойти и заняться чем-то, действительно, важным.

Словно его каждый день Императоры удостаивают личной аудиенции. Ну, раз в неделю-то точно. Рамер уловил это, про себя подивился и перешел к делу. Его церемонии тоже порядком достали.

— Что происходит в Кайоре?

— Его Светлость, герцог Монтрез и мой товарищ, Шаари Малье остались там для более глубокой разведки. Полагаю, они ответят более точно.

Волк наклонил голову, обозначая поклон, но глаза при этом не отвел, продолжая смотреть на повелителя двух континентов спокойно и внимательно.