Сколько стоит ваше сердце?

Она надела доспехи мужа и повела людей в бой.

Во время боя судьба свела ее с маршалом вражеской армии. Они сражались — и его меч сбил шлем с головы императрицы. Судя по портрету, она была редкой красавицей. Думаю, художник ей не польстил. Потому что доблестный маршал вскинул локоть к лицу и сказал… Догадаетесь — что именно?

— Ну… это зависит от обстановки, которая складывалась на поле боя, — протянула Алета, — но вариантов только два: либо "Сдавайся", либо "Сдаюсь".

Кривая улыбка стала еще веселее, глаза сверкнули:

— Второй вариант. Но это была его следующая фраза.

— А первая? — спросила Алета, которую рассказ неожиданно увлек.

— Я ослеплен вами, — охранник выпрямился, неожиданно став серьезным, коротко наклонил голову, — страж императорской резиденции второго уровня Марк Винкер.

Девушка, совершенно машинально, присела в поклоне.

— Алета, баронесса Шайро-Туан.

Темные глаза на мгновение сузились. Алета могла бы поклясться, в них мелькнуло дикое разочарование. Но на лице не отразилось ничего.

— И я могу только повторить вслед за маршалом — я ослеплен вами, моя госпожа…

Эшери пока еще не начал уставать, но был близок к этому…

Сначала это даже забавляло. Водить за нос и кругами эскорт баронессы, с его-то навыками! Герцог вспомнил свой "выпускной экзамен" у Пеше — Собачьего Мяса — вот где было веселье, не чета этому!

Вспомнил — передернуло.

…Нет, он догадывался, что один из королей городского дна не упустит возможности "выспаться на настоящем герцоге", коль скоро тот так неосмотрительно попал к нему в ученики, да еще вздумал держать экзамен на "брата"…

Накануне Эшери перебирал возможные задания: украсть ночной колпак градоправителя прямо с головы? Увести свежепостиранные портянки у солдат гарнизона? Правила были просты и гласили: во время экзамена "соискатель" должен скрасть вещь, которую взять трудно, но цены она должна быть бросовой, копеечной. Чтобы последней дворовой собаке было понятно — не просто голытьба развлекается — экзамен держат. И если не поймали — значит, еще одним "ночным братом" в Монтрезе стало больше.

Все это знали. И стража знала, а потому на такие "грошовые" кражи бросались, как утка на хлебушек.

Действительность превзошла самые смелые ожидания герцога. Пеше наказал ученику украсть… микстуру от запора, которой пользовался жрец главного городского храма Святых Древних. Видно, старый зас… благочестивый жрец чем-то насолил Пеше.

Главная подлость ситуации заключалась в том, что на храме лежало Благословение, а, значит, вся магия герцога была бесполезна — она просто не действовала. Похоже, насолил Пеше не только жрец.