Космический скиталец

"

"Это нам было не нужно, поэтому, как только крейсер приблизился, произвели пуск ракет с двух тяжей, их пусковые были заряжены ракетами, что мы взяли со складов «Бишона». Стреляли корабли, что были к нему ближе всего. Крейсер исчез в разрывах. Больше нам никто не мешал.

Самое ценное оборудование и модули я убирал в трюмы «Кашалота», остальное, но не менее ценное – в пустые трюмы тяжей, которые предварительно освободили от руды. На их борта также вешались тяжёлые контейнеры с захваченным на складах имуществом, да и то, что было демонтировано из помещений, тоже к ним направлялось.

Время утекало стремительно, но не менее стремительно станция в свёрнутом виде исчезала в трюмах четырёх кораблей. На пятый день я приказал начать разгон для прыжка. Всё что можно мы забрали. Кроме обломков крейсера на месте, где ранее находилась станция, остались только брошенные нами три складских дока, один модуль центра развлечений и два ремонтных дока. Нам их просто некуда было грузить. Перегруженные корабли, с трудом разогнавшись, ушли в гипер по заранее проложенному моими офицерами маршруту.

Дети из приюта и освобождённые рабы находились на одном из тяжей, под присмотром моих людей. Всего было освобождено сто семнадцать рабов, семьдесят восемь детей и их воспитатели. С рабами сейчас работали двое моих сотрудников, ранее служивших в СБ флота республики Шейна. Вот воспитатели встретили нас не совсем по-доброму. У некоторых на станции были семьи, и об их судьбе они ничего не знали. Пришлось их убрать от детей. Двух буйных так вообще ликвидировать. С детьми остались две девушки, они были спокойные и против нас ничего не замышляли, работая по специальности, они уже поняли, что детям мы ничего плохого не сделаем и даже устроим в соседнем нейтральном государстве.

Так как пилотов для тяжей у меня раз-два и обчёлся, их было четверо, то пришлось управлять «Кашалотом» самому. Эта была практика, и я не имел ничего против, кроме одного но. Последние трое суток я со своими офицерами не спал и работал на стимуляторах, что было не совсем во благо организму. Поэтому, как только экраны мигнули и выдали привычный фон полёта в гипере, я встал из пилотского кресла и, тяжело покачиваясь, направился в медсекцию корабля, где уже находились оба капитана. Через пару минут крышка реаниматора закрылась, и я вырубился на полтора часа, пока капсула чистила мой организм от последствий действия стимуляторов.

Полёт через всю империю мне особо не запомнился, был он какой-то будничный. Мы выходили в пустых системах, где никого не было, для промежуточных прыжков, разгонялись и снова уходили в гипер. Только один раз, во время третьего выхода, вспугнули стайку кораблей, по виду контрабандистов, вот и всё.