Ящик Скиннера

Эта стадия, которую господин Ж. называл «разогревом», была в действительности невероятно жестокой. Выслушивание мучительных воспоминаний других никому не доставляло удовольствия. Но у них не было выбора – они приняли решение помочь друг другу и собирались держаться до самого конца.

Господин Ч. успокоился и вытер слезы. Господин Ж. медленно заговорил:

– Основываясь на том, под каким углом сделана фотография, мы пришли к выводу, что снимали с крыши противоположного дома. Мы понаблюдали за этим местом, но там никто не появился. Поэтому, что касается виновника, вариантов у нас нет. Однако мы разыскали его.

Он выложил на стол перед господином Ч. несколько снимков.

Сцены на фотографиях были разными, но человек на них – один и тот же: бедно одетый пожилой мужчина лет шестидесяти. Господин Ч. разложил фотографии в ряд и стал внимательно разглядывать, а несколько секунд спустя изумленно выдохнул:

– Это действительно он! – В его глазах мелькнул кровожадный огонек. – А его дочь?

– Она ему не дочь. – Господин Ж. покачал головой. – Подростком она работала проституткой. Три года назад умерла от третичного сифилиса.

Он протянул господину Ч. какую-то папку. Полистав ее содержимое, тот с растерянным видом поднял глаза.

Господин Ж. поглядел ему в лицо и усмехнулся.

– Что касается наших планов, достаточно того, что мы разыскали его. – Он указал на пожилого мужчину на фотографиях, и его взгляд стал жестким. – Поверьте, очень скоро вы получите обратно свою жену и дочь.

Господин Ч. вгляделся в снимки. Когда он снова поднял голову на господина Ж., на его лице было решительное выражение:

– И чего же мы ждем?

Фан Му попросил у Бьян Пиня сутки отгула. Он не сказал, куда направляется, а Бьян Пинь не стал спрашивать – просто отдал приказ в трубку мобильного телефона, и отгул был получен.

Два часа спустя юноша въехал в кампус Университета Цзянбина.

Прошло почти полгода с тех пор, как он был там в последний раз, и в кампусе произошли заметные изменения. Над головой нависали каркасы новых зданий, отчего создавалось впечатление холодной и грязной стройплощадки, а не тихого убежища с башнями из слоновой кости для мыслителей и ученых.

Фан Му сбросил скорость и стал бесцельно кружить по кампусу. Он проехал мимо футбольного поля, мимо столовой, мимо бассейна. Наконец припарковался возле мужского общежития № 5 и, по-прежнему сидя в машине, поглядел в окно на здание перед собой, обежав по очереди глазами все семь этажей. Общежитие не изменилось – а вот лица студентов, выходивших и входивших в него, были другими. Некоторые с любопытством поглядывали на припаркованный поблизости внедорожник; некоторые игнорировали его и шагали мимо, высоко подняв головы. Возможно, среди них были те, кто знал о том, что здесь произошло.