Корона скифа (сборник)

Здесь над порогом висели полосы рисовой бумаги с красными иероглифами, а над теплой лежанкой, под которой был пущен дымоход, висел узорчатый китайский фонарь.

Ли Хань не удивился Федькиному приходу, приказал слуге, чтобы подал зеленого китайского чаю, усадил Федьку в плетеное кресло и спросил:

— Твоя дизертира с фронта?

— Что ты? Какая дизертира?

— Такая грузчика, начальника шлет туда, туда, фронта-фронта. Война конца нету, рука-нога целый, почему — Томска?

— Меня в армию не взяли. Меня на психу сдали, а я оттуда ушел, надоело.

— Писиха-писиха, голова больная, гулять Томска нету. Ли Хань тебя прятать нету. Ли Хань начальника уважай! Ли Хань закона — уважай!

— Я к тебе пришел, как к отцу родному! Куда мне еще идти? Спрячь, помоги, я за тебя век Бога молить буду, я отслужу! Отработаю!

Ли Хань внимательно глядел ему прямо в глаза своими раскосыми непонятными глазами. В них было темно, как в черном колодце, только чувствовалась тайная сила и мрачная угроза. Федька совсем заробел. Ли Хань сказал:

— Китаиса тебя прячет, твоя клянись головой. Давай рука!

Он надрезал бритвой кожу на Федькином пальце, достал толстый лист бумаги с синими иероглифами и прижал к этому листу Федькин большой палец, отставив на листе кровавый оттиск. Ли Хань помахал этим листом:"

"— Документа-документа! Твоя ходи, обезьянка корми, клетка убирай. Там печка есть! Зима будет — дрова много. Совсем не замерзай. Обезьянка тепло надо! Шибко хорошо есть!

— А выпивка-то будет?

— Хороша работай, травка кури. Ханьшин, выпивка — нету. Обезьянка запах не любит.

Когда стемнело, здоровенный молчаливый китаец увез Федьку в фаэтоне в Заисточье. Там неподалеку от озера стоял китайский обезьяний питомник. В этом странном заведении содержали и обучали обезьянок для всей Сибири и Дальнего Востока. Обученная обезьянка продавалась своим же, китайцам, по дорогой цене. И потом китайцы выступали с этими обезьянками на всех больших станциях великой сибирской железной дороги. Зарабатывали они немалые деньги.

Обучение, впрочем, было не очень сложное. На обезьянку надевали красную соломенную шляпу. В землю втыкали кол, к верху которого была прибита небольшая круглая фанерка. Обезьянка была в ошейнике, от которого железная цепочка тянулась к колу и была закреплена там с помощью вертлюга.

Китаец давал команду:

— Ходи! Ходи!

Обезьяна бегала вокруг кола. В нужный момент китаец кричал:

— Садиза-садиза!

Обезьянка вспрыгивала на площадку на колышке. Снимала шляпу и протягивала ее к зрителям, дескать, кидайте деньги!

Одни обезьянки обучались быстрее, другие дольше. От их способностей зависела их цена.

В обезьяннике, кроме того, держали собак, которых китайцы отлавливали по всему Томску.