Скиф-Эллин

Филота — сын Пармениона, друга и одного из лучших полководцев царя Филиппа, который сейчас невыразительно сражался с персами в малоазийской Ионии. Греческий полководец Мемнон, который командовал персидской армией в тех краях, медленно и уверенно вытеснял македонцев в Европу. Говорят, что сын пошел в отца, не уточняя, в чем именно. Как полководцев, я их в деле не видел, так что ничего сказать не могу.

После полудня в наш лагерь прискакал гетайр с известием, что на них напали подошедшие тавлантии. Точнее, обрушили на дорогу лавину из камней, образовав трудно проходимый завал, и обложили со всех сторон, не давая ни идти грабить, ни удрать с награбленным. Александр с одним крылом фаланги поспешил на помощь гетайрам.

— Будь внимателен, особенно ночью, — предупредил меня Эригий. — Иллирийцы могут напасть в любой момент.

Жизненный опыт подсказывал мне, что на нас вряд ли нападут, найдут кого-нибудь менее осторожного. И еще я знал, что тот, кто готовится напасть, меньше всего ожидает, что нападут на него. Чем и решил воспользоваться.

— Битюс, — обратился я к своему заместителю, — а не наведаться ли нам ночью к дарданцам?

— Напасть на них? — удивленно спросил он.

— Да, — подтвердил я. — Если будем ждать, когда они сунутся к нам, богатой добычи не захватим.

На счет добычи он и сам знал не хуже меня, но воевать ночью в горах как-то не принято. Слишком много шансов свернуть себе шею еще до того, как доберешься до врага. Наверное, поэтому у местных горцев стойкая вера в ночных злых духов, которые всячески вредят тем, кто шляется в темное время суток.

— С духами гор я договорился, не будут нам мешать, — продолжил я. — Надо будет только на спине закрепить кусок белой метрии, чтобы они могли отличить нас от иллирийцев.

На самом деле отличительные знаки нужны, чтобы мы не перебили друг друга в темноте. Со спины все похожи, особенно в горячке боя.

— И нападать будем молча, никаких воинственных криков, иначе злые духи рассердятся и накажут, — добавил я еще одно условие.

Иллирийцы ведь тоже верят в ночных злых духов. Наше молчание будет убеждать врагов в том, что мы не люди. Нормальный человек просто обязан кричать во время боя, особенно ночного. К тому же, вряд ли мои починенные сумеют промолчать в бою, а кто-то из них обязательно погибнет. Виноват будет сам: я ведь договорился с духами, что мои воины нападают молча.

Битюсу не нравится мое предложение, но и отказаться просто так не может. Нужно коллективное решение бессов, иначе мой заместитель будет выглядеть трусом. Он думает, как правильнее выкрутиться из этой ситуации.

— Иди расскажи воинам о моем намерении. Мне нужны только добровольцы — те, кто способен выполнить условия, на которые я договорился с ночными злыми духами гор.