Скиф-Эллин

— В тройном размере то, что они не заплатили вам в прошлый раз, три раза по столько за этот и потребовать, чтобы снесли все три вала, которые мешают вам гонять скот зимой по льду на противоположный берег пролива, как делали ваши предки, — посоветовал я.

— Мы не собираемся гонять скот на тот берег, — возразил Авасий.

— Если ты не скажешь им это, боспорцы решат, что собираетесь, и щедро заплатят за то, чтобы валы остались, — подсказал я.

Гнур захихикал мелким бесом и толкнул Авасия локтем в бок:

— Я же говорил, что он хитрее тебя!

Послы прибыли на следующее утро. Их специально провели так, чтобы увидели частично разрушенные крепостные стены, с которыми продолжали работать наши тараны. Наверняка в Пантикапей по несколько раз в день передавали сводку с места событий, но одно дело услышать от испуганных нимфейцев, а другое — увидеть собственными глазами. Послов было почти два десятка, не считая полсотни слуг, которые несли нам ценные подарки. Количество подарков точно соответствовало количеству присутствующих на переговорах командиров. Разведка у боспорцев поставлена великолепно. Авасий получил позолоченный шлем беотийского типа, отрез пурпурной ткани и большую амфору вина, Гнур и я — по кинжалу с рукояткой из слоновой кости и в ножнах с золотыми пластинами, отрез алой ткани и тоже по средней амфоре вина, остальные — по ножу с рукояткой из черного дерева и в ножнах с серебряными пластинами, отрезу черной ткани и маленькой амфоре вина. Говорил рыжебородый тип с красным лицом, на котором веснушки были едва различимы. Скифский язык он знал на приличном уровне. Наверное, раньше торговал с кочевниками. По его словам царь Перисад признал свою ошибку, к которой подтолкнули коварные советники, чтобы поссорить с друзьями-скифами. Отныне и навеки царь хочет быть другом и братом всех кочевников в мире и согласен искупить свою вину любой ценой в пределах разумного.

С нашей стороны говорил Авасий, иногда поглядывая на меня или Гнура, но игнорируя наши высказанные мимикой советы. Торг шел вязко, пока скифский вождь не выдвинул условие срыть все три вала. Это предложение было настолько неожиданным, что послы хотели уже вернуться в Пантикапей за дополнительными инструкциями. Удержали их, как догадываюсь, звуки таранов, бьющих по стенам, и радостные крики осаждавших, которые приветствовали каждую новую трещину или выпавший камень. Валы послы отстояли, все три. Это обошлось им в дополнительные полсотни талантов серебра. Еще по таланту они обязались заплатить пострадавшим херсонесским купцам и вернуть им галеры с товарами и десять талантов — жителям пригородов.

После того, как условия мира были согласованы, рыжебородый первым делом попросил:

— Остановите свои тараны.