Скиф-Эллин

Больше ни у кого нет столько золотых побрякушек на оружие, доспехах и конской сбруе. Один горит чего стоит — весь в золотых пластинах в виде шагающих с натянутым луком чудовищ с львиными лапами, человеческими телами и бычьими, бараньими или орлиными головами. Пояс состоит из овальных золотых блях с барельефами грифонов. На ножнах акинака три золотых льва, шагающих на задних лапах. В средневековой геральдике такие звери будут носить название «Лев восстающий». Попытался представить, как эти символы проберутся от скифов к западноевропейским баронам, но не смог. На перекрестье акинака лежат два золотых оленя, а между ними золотое древо жизни тянется по рукояти к навершию с большим рубином. Не уверен, что такой акинак удобно держать, но для понтов — самое то.

— Ты послал кого-нибудь ко второму валу? — поинтересовался я.

— Конечно, — коротко ответил скифский вождь.

— Пошли еще кого-нибудь с острым глазом и хорошей памятью к Нимфею, — попросил я. — Пусть проберутся через вал и посмотрят, какие там стены, сколько ворот, башен.

— Надо сперва этот город захватить, — сказал Авасий.

— Он уже захвачен, потому что я не вижу на стенах воинов, готовых умереть в бою. Они все смотрят с надеждой в сторону Пантикапея и ничего не делают, — поделился я наблюдениями, после чего добавил чужую мудрость: — Город крепок не стенами, а мужеством защитников.

— Хорошо, сейчас пошлю толковых парней к Нимфею, — сказал скифский вождь. — Какая дорога ведет к нему?

— Пусть скачут вдоль берега моря, не промахнутся, — ответил я.

Все скифские вожди, вопреки увлекательности грабежей, остались в лагере. Они внимательно наблюдают за организацией процесса осады, действиями моих подчиненных — перенимают опыт. Догадываюсь, что этот опыт пригодится им когда-нибудь и против Херсонеса, но успокаиваю свою совесть знанием, что город кочевники никогда не захватят. Хотя может оказаться, что я плохо знаю историю Херсонеса."

"За первый день был засыпан ров в нескольких местах. Всю ночь мы поднимали шум, изображая штурм, не давали горожан расслабиться. На второй день подтянули три тарана и начали методично разрушать крепостные стены. Киммерикцы пытались помешать, но скифские лучники быстро разогнали самых отчаянных. На малой дистанции скифские луки, средние составные, вполне себе грозное оружие. К вечеру в двух местах стена частично обвалилась. Параллельно оба дня шло изготовление лестниц, благо требовались не очень высокие.

После захода солнца я сказал скифским вождям:

— На рассвете пойдем на штурм. Вы — в тех местах, где поработали тараны. Там ночью попытаются подлатать и будут ждать главный удар, так что вы не спешите лезть, но шумите погромче, отвлекайте внимание, пока мои воины в других местах не поднимутся на стены.