Схватка с судьбой

Но я знаю тех, среди кого росла!

– Ах этот гадёныш! Ничего, Майяри, никуда он от нас не денется! Дома…

– Нет, сейчас! – в глазах Майяри мелькнул такой страх, что лекарь мигом им проникся. – Вдруг они нападут совсем скоро, вдруг они уже где-то рядом…

Шидай внимательно всмотрелся в перепуганное, мертвенно-бледное лицо девочки и жалостливо погладил её по голове. На глазах у Майяри тут же выступили слёзы, и она сердито их отёрла.

– Камни… много камней. Инструменты, чтобы раскрошить их, чернила, иглы… и ваша помощь. Печать большая, а у Ранхаша ещё и печать на сердце. Я боюсь, что могу повредить её. И…

–… смиренный и покорный Ранхаш.

Майяри неуверенно улыбнулась лекарю.

– Вот только где мы найдём столько камней? Давай мы поедем к Шереху…

– Я попрошу у хайнеса, – перебила лекаря Майяри. – Он точно поможет.

Ранхаш и Узээриш покинули кабинет только за полночь. Казара в коридоре уже не было, он ушёл вслед за госпожой в малый зал, но зато стену подпирал Шидай. Лекарь вскинул неодобрительный взгляд на сына.

– Девочка час проплакала в подушку. Ты не мог сказать ей помягче? Что так, мол, и так, я тебя обожаю, жизнь за тебя отдам и подарю драконье седло в духе хаги, но вот к твоему деду поеду один. Буду держать с ним мужской разговор, заключу взаимовыгодный договор… Есть же варианты лучше, чем возвращать в лоно семьи успевшую выскочить за оборотня внучку? Ну сам врать не умеешь, меня бы попросил! Шереха, в конце концов! Вот кто бы действительно обрисовал всё так, что девочка сама бы тебя в дорогу снарядила! Мальчишка!

Плакала? Ранхаш почувствовал себя неуютно.

– Ещё и отказал ей в такой малости!

Ранхаш на мгновение замер, вспоминая, в чём же он ещё отказал Майяри. И неодобрительно посмотрел на отца.

– Ты с ума сошёл? – холодно спросил он.

– Это ты сошёл с ума. Точнее, он у тебя всегда набекрень был, – недовольно фыркнул Шидай. – Она, между прочим, дело предложила. Чего кочевряжишься?

Ранхаш с подозрением уставился на отца, а затем неожиданно признался:

– Чего? – опешил тот, а Риш аж поперхнулся слюной.

Глаза харена угрожающе сузились, и лекарь чудом сообразил выпалить:

Ранхаш расслабился, убедившись, что перед ним действительно отец, и уставился на лекаря с искренним раздражением и непониманием.

– Я вижу, нам надо поговорить, – Шидай решительно приобнял его за плечи и с улыбкой посмотрел на хайнеса. – Простите, господин, дела семейные.

Мелькнула голубая вспышка, и харен неожиданно обмяк в объятиях отца.

– Не переживайте, сильнейший, – Шидай поудобнее перехватил сына, а потом и вовсе взвалил его на плечо. – Мы ему только благоразумие нарисуем и вернём. Злого и совершенно целого.

Узээриш вдруг почувствовал надвигающуюся опасность. Будто воздух вокруг сгустился, а в полутёмных коридорах мелькнули тени.