Схватка с судьбой

Раздался протяжный, словно рёв дракона, треск, и землю сотряс новый грохот, словно обрушилось что-то огромное. Звучный перекат, как при горном обвале, звон бьющихся стёкол.

Земля дрожала ещё несколько минут. Грохот затих, пыль немного развеялась, и сквозь кроны оставшихся деревьев стал виден дом.

– Вот теперь всё, – с мрачным спокойствием сказал Ранхаш.

– Харен!!! – взбешённо зарычал прижатый к земле помощником Узээриш.

– Ранхаш! – рявкнул Шерех.

Тот деловито покрутил голову Майяри, проверяя её уши, и развернулся к ошеломлённо взирающему на разрушенный особняк Оириду.

– Жертв нет, – скупо отчитался харен. – Дом проверили.

– Ты! Щенок! – Оирид разъярённо уставился на него.

– В этой груди, – Ранхаш прижал ладонь к груди Майяри, – бьётся моё сердце. Оно моё. Его никто не может украсть. Оно должно биться мирно, спокойно, не зная тревог. Оно должно быть очень счастливо. И я сделаю всё, чтобы оно было именно таким.

– Ты разрушил мой дом!

– Я пришёл с миром, – голос харена звучал так ровно, что это можно было посчитать за издёвку. – Между нами было всего лишь недоразумение. Поэтому все живы.

Оирид впился в него яростным взглядом, но взор харена не дрогнул. Некоторое время они смотрели друг на друга, затем глава жаанидыйских хаги немного расслабился и даже косо улыбнулся.

– Мы тоже встретили вас с миром.

Ширх! И за его спиной из земли выросли двухсаженные стальные лезвия.

– С миром и разойдёмся.

Лезвия опять ушли в землю.

– Но за дом ты мне заплатишь, – Оирид ткнул пальцем в Шереха.

– Никто ни за что платить не будет, – холодно отозвался Ранхаш. – Вас никто не просил трогать мою возлюбленную.

– О каков щенок! Ну тогда пусть твоя девчонка даже не ждёт компенсации, ясно?

– Займу у дедушки, – покладисто отозвалась всё ещё ошеломлённая взрывом Майяри.

– Вы, Хрибновы отродья! – Оирид развернулся к внукам. – Чтобы через четыре дня бабкин сад был таким же, как и раньше. Иначе станете внучками! Боги, одно разорение с ними!

– Ну не переживай ты так, – попытался утешить его Шерех. – Хочешь, я тебе тех вонючих кустов отжалею? Они у Жадалы ужас как расплодились.

– Харен! – Узээриш всё же поднялся с земли. – Вы что творите? Соображаете вообще или влюблённость напрочь мозги отшибла?

– Напрочь, – не стал спорить Ранхаш.

– Боги, я даже наказание придумать не могу! Так и хочется вытряхнуть из шкуры!

Сверху раздался пронзительный птичий крик, и вздрогнувшая Майяри испуганно задрала голову. Откуда-то из-за дома, стремительно молотя крыльями, вылетела огромная коричневая птица – орёл.

– Ох, летел бы отсюда, Ирриван, – поморщился Вахеш, поднимаясь.

Пыль ещё не до конца осела, и девушка не сразу заметила, что орёл кого-то преследует. А вот оборотни напряглись почти тут же. Вахеш даже замахал руками.