Схватка с судьбой

Наша, из сыска». Или горожане: «Земля разверзлася, и оттуда дух светлый на звере младшого хайрена вынес!». А наши небрежно так: «Какой там дух? Это помощница нашего харена. Наша, из сыска».

Майяри почувствовала, как щёки наливаются краской, и смущённо заморгала. Диванчик начал нравиться ещё сильнее.

– Или из недавнего. Ребята из суда напротив хвастались, что, мол, их боги уберегли. Их тоже подожгли, да пламя сразу утухло. А вот мы погорели. Так недавно два дракона им всю крышу загадили, и наши сразу: «О, да это живность харена и его помощницы! Дюже умное зверьё! Особенно у госпожи помощницы!». Твоя хвостатая собственность умудрилась попасть в каминную трубу кабинета главного судьи. Представь, заходит, а там…

Майяри представила и весело фыркнула.

– А почему они летают где вздумается? Ангар же отстроили.

– Его вчера только закончили, а на здание суда они напали позавчера и позапозавчера. Но твой вообще-то, – Викан понизил голос, – ночами до сих летает. Больно уж эти судейские шавки наших зацепили.

– Если с моим драконом что-то случится… – угрожающе протянула Майяри.

– Не переживай, одного не пускают. Тем более что драконокрад совсем обнаглел, – Викан досадливо поморщился. – Ну помнишь того, что моего дракона умыкнул?

– Но это же не в Жаанидые было.

– Похоже, перебрался и сюда. Чую, что один и тот же хозяйничает! Ни следов, ни запаха не оставляет… – Викан приуныл. Расследование-то висело на нём. – Пользуется беспризорностью ящеров. Одного из школы умыкнул, ещё одного у стражников. Днём, прямо из загона! Пытался, видимо, и у нас пошарить, но нарвался на Ранхашеву вредину, а тот рёв поднял. Боюсь, если я не нащупаю его в ближайшие дни, то братец опять сплавит меня в леса.

Стоило помянуть Ранхаша, как в приёмной раздалось:

– Добрый день, господин. Ваша помощница уже прибыла.

Викан засобирался, и, когда дверь распахнулась, он весьма бодро прощался:

– До вечера Майяри, встретимся, Казар. О, брат! Жаль не успеем поговорить, тороплюсь.

Ранхаш смерил брата холодным взглядом, и Викан почувствовал, что его в чём-то подозревают.

– Я провожу, – Майяри вскочила и бросилась за оборотнем, желая кое-что спросить у него с глазу на глаз.

Казар молча последовал за ней.

Ранхаш проводил суетливую троицу взглядом, задавил возмущение жути и уставился на малиновый диван.

Обычно он не обращал внимания на мебель, но это проигнорировать никак не получалось. Когда сыскари затащили в кабинет это и заявили, что принесли подарок для госпожи помощницы, первым порывом Ранхаша было вышвырнуть злосчастный диван.

Всё-таки этот своеобразный подарочек – символ признания Майяри сыскарями.

Но его цвет… Обычно Ранхаш накрывал его плащом, но раз сегодня здесь Майяри, придётся потерпеть.