Скелет из пробирки

– Поглядим, как она керосинку вздует, – раздухарилась Катя.

– Вы, главное, ее не угощайте!

– Ни крошечки не отсыпем, не сумлевайся, Вилка, греби в свою Москву оглашенную, – сказала Мотя.

– Но мне не надо, чтобы она и от голода умерла, – решила предупредить я, – уж объясните ей про печь и баню.

– Не дергайси попусту, – успокоила Катя, – чай, не изверги, подохнуть-то не дадим, только пущай работает сама, а мы подмогнем в случае чего!

Я глянула на ходики и побежала через лес к остановке. Автобус тут ходит строго по расписанию, и у меня осталось час с четвертью. Но рядом больше нет тихоходной Нюси, а сама я ношусь быстро.

* * *Утром я вытащила справочник и принялась звонить по архивам.

– Никогда не слышали про Софью Николаевну, – ответили по первому номеру.

– У нас уже тридцать лет директорствует Валентин Львович, – заявили во втором.

Но я не теряла надежды. Удача обязательно придет, нужно только проявить упорство и терпение. На пятой попытке из трубки донеслось:

– Софья Николаевна? Простите, но она умерла.

– Извините, а у вас работает такая рыженькая хромоногая девушка?

– Светлана Григорьевна Сафонова сидит в зале периодики, – пояснил подчеркнуто интеллигентный голос, – с девяти до девятнадцати. Выдача материалов прекращается за час до конца работы.

– К вам можно записаться?

– Вы студентка?

– Нет.

– Преподаватель?

– Бывший, сейчас уже никого не учу.

– Тогда возьмите с собой паспорт и учтите, что просто для интересантов выдача документов платная."

"Я натянула на себя джинсы и футболку, прихватила документ, удостоверяющий личность, и понеслась на улицу Авиаторскую. Азарт толкал в спину – торопись, Вилка, скоро сдавать рукопись в издательство, а у тебя мало того, что ни строчки не написано, так еще и неизвестно, кто главный подозреваемый!

Попасть в архив оказалось непросто. Сначала в бюро пропусков седовласая дама со старомодным начесом устроила мне целый допрос. Кто? По какой причине явилась сюда? Для чего будут использованы изученные материалы? Знаю ли, что фото – и киносъемка тут запрещена?

Под конец, смилостивившись, она, забрав мой паспорт, выложила на прилавок, отделявший ее от меня, лист бумаги в пленке.

– Ознакомьтесь с правилами.

Я покорно прочитала текст, набранный такими мелкими буквами, что защипало в глазах. Только после этого я получила листочек желтоватой бумаги с надписью «Вход на одно лицо».