Сказочный корабль

— Убирайся назад! Приказываю тебе! — закричал Сэм, низко наклонив голову; пуля свистнула около его уха и разбилась о ствол железного дерева. Должно быть, осколки пластика рикошетировали, так как Сэм ощутил резкие уколы в обнаженные предплечья и икры ног.

Джо ухитрился подняться на ноги и, подобно раненому слону, заковылял прочь. Из темноты вынырнул Сирано де Бержерак, покрытый пороховой гарью и запекшейся кровью. В почерневшем кулаке он сжимал рукоятку длинной рапиры, в другой руке держал пистолет. Позади него, такая же грязная и окровавленная, шла Ливи. Она несла ружье и сумку с патронами; ее задачей было заряжать оружие. Увидев Сэма, она улыбнулась, зубы сверкнули белым на закопченном лице.

— О боже, Сэм! Я думала, ты погиб! Эта ракета, что ударила в твой дом...

— Я бы хотел: чтобы ты была со мной в этот момент... — произнес он.

Это было все, что он успел сказать — и вряд ли он мог сказать больше. Враги снова пошли в атаку, просачиваясь между грудами павших или перепрыгивая через мертвые тела. У лучников Сэма почти не осталось стрел, на каждое ружье приходилось только несколько зарядов. Но враги тоже исчерпали запас пороха, хотя стрелы у них еще были.

Джо Миллер ушел, но де Бержерак постарался заменить его — и не без успеха. Этот человек был дьяволом; он казался таким же гибким, стремительным и смертоносным, как его рапира. Время от времени он разряжал пистолет, зажатый в левой руке, в лицо проливника, затем он делал выпад рапирой, прокалывая следующиего врага. Он бросал пистолет назад, и Ливи ловила и заряжала его. У Сэма мелькнула мысль о том, как изменилась Ливи. Он никогда не подозревал, что его бывшая жена могла действовать так смело и энергично в подобных обстоятельствах. Эта женщина, хрупкая, болезненная, чувствующая отвращение к насилию, сейчас спокойно выполняла свой долг — хотя у многих мужчин могли от страха опуститься руки.

«И у меня тоже», — мелькнуло у него в голове, — «если бы я имел время подумать об этом».

Особенно сейчас — когда Джо Миллер не мог защитить его и морально поддержать, в чем он нуждался не меньше.

Сирано нанес удар, нацелив его в грудь дико вопившего араба-ваххабита — в боевом задоре тот слишком высок поднял свой щит. Ливи подняла обеими руками пистолет и прицелилась. Удар брошенного кем-то молота отклонил ствол; Ливи снова выровняла свое оружие и нажала на спуск. Дым и струя пламени вырвались из ствола, и араб упал с развороченным пулей плечом.

Негр могучего сложения перепрыгнул через его тело, высоко подняв топор. Сирано, вырвав шпагу из тела араба прежде, чем оно успело коснуться земли, проткнул лезвием горло нападавшего Затем враги снова откатились вниз, к подошве холма. Они не собирались атаковать снова, пока вперед не выдвинулась большая темно-серая машина.