Сказочный корабль

Джон настоял, чтобы первая встреча происходила на его территории — несомненно, чтобы показать Хаскингу, кто первенствует в дуумвирате Пароландо. На этот раз Сэм не возражал. Файбрас, несомненно, проинформировал Хаскинга, как обстоят дела между Клеменсом и Джоном Ланкастером.

Итак, в ближайшие часы Сэм с угрюмым изумлением наблюдал, как экс-короля Англии поносили в его собственном доме. Хаскинг перехватил инициативу и завел скучнейшую язвительную речь о всех несчастьях, которые белые причинили черным. Было мучительно признавать, что обвинения Хаскинга во многом являлись справедливыми. Он говорил правду — Сэм был готов согласиться с этим. Дьявол, он сам видел что такое рабство, и он видел последствия Гражданской войны. Он родился и вырос в обществе рабов и рабовладельцев — намного раньше, чем Хаскинг появился на свет. Дьявол, ведь это он написал «Гекльберри Финна», «Простофилю Вильсона» и «Янки из Коннектикута».

Не имело смысла говорить Хаскингу о подобных материях. Хаскинг просто не обращал на него внимания.

Его голос зудел и зудел, мешая в кучу непристойные вымыслы и факты, преувеличенные фантазии и реальность, излагая мрачную историю нищеты, угнетения, убийств, унижений, издевательств и так далее, и так далее.

Сэм чувствовал вину, стыд — и, в то же время, гнев. Почему счет предъявлен именно ему? Что означает этот бессмысленный обвинительный акт?

— Вы все виновны, все! — кричал Хаскинг. — Виновен каждый белый человек!

— До самой своей смерти я видел не больше дюжины черных, — сказал Джон. — Какое отношение могу я иметь к вашей истории о несправедливости?

— Если бы вы родились на пятьсот лет позже, вы стали бы величайшим хонки из всех белых! — произнес Хаскинг. — Я все о вас знаю, Ваше Величество!

Внезапно Сэм вскочил на ноги и крикнул:

— Вы пришли сюда рассказать нам о том, что случилось на Земле? Мы все это знаем! И все это — в прошлом! Земля мертва для нас! Надо считаться только с тем, что происходит здесь!

— Да, — сказал Хаскинг. — Но то, что происходит здесь, происходило раньше на нашей старой доброй Земле. Вещи не изменились — даже на крошечную долю дюйма! Я смотрю вокруг — и что же я вижу? Кто правит в этой стране? Пара хонки! Здесь есть черные люди — почти одна десятая вашего населения.

Вы должны были включить как минимум одного чернокожего в ваш Совет из десяти человек. Могу я его увидеть? Хотя бы одного?

— В Совет входит Кабер, — ответил Сэм.

— Да! В качестве временного члена — и только из-за моего требования, чтобы Пароландо представлял в моей стране черный посол!

— Арабы составляют у вас шестую часть населения, — произнес Сэм, — и я не припоминаю, чтобы в вашем Совете был кто-нибудь из них.