Сказочный корабль

Дьявол должен был сказать что-то подобное этому, несомненно.

— Могу я надеяться, что мои слова коснулись вашего слуха? — осторожно спросил Геринг.

— Да. И в результате этого касания у меня разболелся живот.

Геринг стиснул кулаки и сурово сжал губы.

— Следите за собой, вы рискуете растерять свою любовь, — сказал Сэм и пошел прочь.

Но он не ощущал себя триумфатором. У него действительно заболел живот. Несокрушимое невежество всегда огорчало его, и все, что он мог сделать — только посмеяться над ним.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Наступил полдень следующего дня. Сэм Клеменс и Джон Ланкастер спорили все утро. Наконец Сэм, потеряв терпение, сказал:

— Мы не можем допустить, чтобы Хаскинг лишил нас бокситов! Мы не можем допустить остановку строительства Корабля! Вы делаете все, чтобы вызвать войну между нами и Соул Сити! Это опасный путь, Ваше Величество!

Сэм шагал взад и вперед по комнате своего восстановленного дома, яростно жестикулируя. Джон сидел, облокотившись о круглый дубовый стол, по-прежнему украшавший «капитанскую рубку». Джо Миллер развалился в углу комнаты в огромном кресле, специально изготовленном для него. Массивная фигура Закскром-ба, гигантского древнего монголоида, возвышалась за спиной Джона.

Внезапно Сэм грохнул обоими кулаками по дубовой крышке стола. Наклонившись вперед, с сигарой, свисавшей из угла рта, он уставился на Джона налитыми кровью глазами и закричал:

— Вы поклялись соблюдать наши законы, когда подписывали Великую Хартию! Вы клялись на кресте, что будете уважать закон! Ну, ладно, король Джон, Ваше Величество! Если вы не извинитесь перед Абдуллой, я созову экстренное заседание Совета и поставлю вопрос о вашем пребывании на посту консула Пароландо!

Целую минуту Джон сердито разглядывал Сэма. Затем он пожал плечами и сказал:

— Эти угрозы меня не пугают. Но они доказывают, что вы скорее ввергнете нашу страну в пожар гражданской войны, чем допустите военный поход на Соул Сити. Я не понимаю этого безумия, но, как человек здравомыслящий, вынужден считаться с обстоятельствами. Итак, я готов извиниться. Почему бы нет? Король может быть вежливым даже с простолюдином. Ведь это ничего не стоит.

Джон поднялся и вышел, сопровождаемый своим молчаливым телохранителем.

Десятью минутами позже Сэм наблюдал, как Джон принес свои извинения. Абдулла принял их, не сказав, правда, ни слова. Это доказывало, что ему были даны соответствующие распоряжения.

Перед тем, как гудки фабрик подали сигнал об окончании перерыва на ленч, пришел Айзи Кабер. Он сел, не дожидаясь приглашения Сэма. Сэм удивленно поднял брови — такое случилось впервые за все время его знакомства с Кабером. В поведении негра было что-то неуловимое, с ним явно происходили какие-то изменения.