Сказочник

Это всего лишь отголоски той фантазии, которая на миг расцвела в ее сердце после его слов: «моя женщина и мой ребенок». Потому что сердцу отчаянно хотелось по-настоящему быть его женщиной. Быть той счастливицей, которая всю жизнь будет в безопасном уюте его широкой спины, обласканной теплом его всегда смеющегося взгляда, покоренной его горячими поцелуями, до боли сжатой его крепкими руками.

Просто наваждение.

Словно угадав ее мысли, Тимур осторожно, словно боящийся спугнуть добычу хищник, подошел к ней, присел на корточки, обхватив ладонями пальцы у нее на ногах, и посмотрел снизу вверх.

— Маленькая, выбирайся уже из своих нервов, и учти: с вероятностью в двести процентов я разобью все твои аргументы против.

Он не может предлагать это всерьез. Они знакомы… сколько? Неделю? Из которой он три дня вообще пробыл в другой стране. А, кажется, что она знает его куда больше, и что-то внутри так сладко ноет, уговаривая согласиться.

— Я выгляжу такой жалкой? — сквозь рассеянную улыбку спросила Ася, разглядывая его большое ладони на своих ногах. Тимур… разве стал бы он вот так насмехаться?

Нет, конечно, он производит впечатление веселого человека, даже беззаботно, привыкшего решать в жизни куда более сложные задачи, чем спасение двух выброшенных котят, но все же.

— Ты выглядишь очень домашней сейчас, — без намека на то, что говорит не серьезно, ответил Тимур. — И заплаканной. И меня разрывает злость из-за того, что я не врезал ему как следует.

— Мне кажется, Игорь и так выглядел испуганным, — ответила Ася, растерянно улыбаясь. Испуганным — это мягко сказано. Еще никогда она не видела Игоря таким готовым удирать со всех ног. И за это Тимура тоже следовало поблагодарить. — Ты был таким убедительным сегодня.

— Мне бы хотелось сказать, что я разделю твою уверенность, Морковка, но, боюсь, твой бывший еще даст о себе знать. Уж не знаю, каким способом. Буду рад ошибаться.

— И поэтому ты предложил… — Продолжить фразу не дал жгучий, запечатывающий рот стыд.

— Нет, не поэтому.

— Но мы же друг друга совсем не знаем!

— Думаю, будет отличный повод познакомиться поближе, — без заминки, словно в самом деле наперед знал все ее отговорки, сказал Тимур. Чуть крепче сжал в ладонях ее ступни, большими пальцами поглаживая кожу над пятками. Ася невольно зажмурилась от расслабляющих прикосновений. — Хорошо, маленькая, хочешь аргументы — держи. Во-первых, чтобы ты знала, я не считаю тебя человеком, которого стоит жалеть. Помочь-да, но жалость совсем не то чувство, которое ты во мне будишь. Во-вторых: мне до чертиков нравиться видеть тебя в своей берлоге. Я не могу сказать на всю жизнь вперед, я не Кассандра, но совершенно точно знаю, что хочу видеть тебя каждое утро, день и вечер, когда буду возвращаться домой.