Страшные сказки закрытого королевства

Ладно? Я только чуть-чуть отдохну… Прилягу здесь, рядом, а то ведь ты не сможешь меня позвать… И не ложись низко, пусть голова будет поднята. Я тебе свою подушку подложил…

Он дернул изуродованной шрамом щекой и указал мне на вторую кровать, но я отказалась:

– Ты не сможешь мне крикнуть, если опять станет плохо. Я тут… Если вдруг у тебя снова начнутся судороги, проснусь. Прости, я очень устал. Ты был совсем плох и… Отдыхай.

В какой-то момент выражение глаз Дарио изменилось. Исчезла настороженность и опаска, промелькнули нежность и благодарность. Эмоции тоже изменились… Признательность и сочувствие, ласковое беспокойство. Он поймал мою ладонь и крепко пожал ее.

– Ты спи, набирайся сил. И не бойся ничего, я с тобой, – ответила на рукопожатие. – Ну что ты улыбаешься? – увидела лучики морщинок, разбежавшиеся от уголков глаз. – Я, конечно, не самая лучшая компания, знаю. Толку от меня мало. Но обещаю, что буду заботиться о тебе. И мы обязательно сходим к целителю. Я заработал, ты не думай. Нам есть чем оплатить твое лечение.

Вместо ответа Дарио завозился, отодвинулся к стене, чтобы освободить мне больше места, и приглашающе похлопал по матрасу и по подушке. Я-то собиралась ближе к ногам пристроиться, там свободнее, но гарантированно проснулась бы, если бы он лягнул меня ногой во время припадка.

Еще двое суток ушло на то, чтобы он окончательно пришел в себя. Приглашать целителя сюда или идти к нему Дар наотрез отказался, как я с ним ни спорила. Мы едва не поругались из-за этого. Точнее, ругалась и кипела возмущением я, а Дарио, как всегда, отмалчивался и лишь качал головой. Ну не за шкирку же мне было его волочь? Хотела бы я взглянуть на это, учитывая, что он на полторы головы выше меня и шире в плечах почти в два раза. А я ведь для женщины довольно высокая, и мой рост сохранился и под личиной.

– Ну что? Вроде всё собрали? – Стоя посреди нашей комнаты, я осматривалась и пыталась сообразить, всё ли мы упаковали в дорожные сумки. – С хозяином постоялого двора я уже расплатился. Можем выходить, – повернулась к Дару, стоящему у окна с моей гитарой в руках. – Ее я возьму сам, а ты бери вещи. Так, еще плащи…

Я шагнула к кровати, надела свою неизменную шляпу, подхватила оба наших плаща и повернулась к нему.

– Рэми… – шепот, прозвучавший вдруг в тишине, заставил меня испуганно вздрогнуть и выронить из ослабевших вдруг пальцев плащи, которые тяжелой грудой шлепнулись на пол.

– Но как?! – У меня тоже вышел хриплый сип от потрясения. – Ты можешь говорить?!

– Могу, – склонив голову к плечу, искоса остро глянул на меня Дарио. – Спасибо.

– В смысле? Дар, что случилось? Почему к тебе вернулся голос? – Я скользнула к нему и пристально уставилась в глаза. – Это из-за болезни, да? Из-за кровотечения?

– Это из-за тебя, малыш.