Конец сказки

Кто-то действительно уходил, но большая часть так и сидела на своем хозяйстве.

Надеялись, что пронесет. Что отсидятся за стенами. Что справится с бедой князь-батюшка.

Надо было, конечно, не словами увещевать, а пинками выгонять. Но не прибег Глеб к такому – других забот хватало.

Теперь-то уж, конечно, бегом побегут. Да поспеют ли, прежде чем Кащей в город войдет?

А Глебу сейчас войско хотя бы собрать, дружину. Бои-то еще идут. Кащей своих тварей хоть и к ноге подозвал, да они тоже не могут все сразу отойти. Там людоящеры с кем-то секутся, там татаровья скачут, там дивии во рвах застряли.

Да и кроме дружинных на поле брани немало вышло просто житных людей, смердов с оружием. Как их тут оставишь? Тоже вои, хоть и не особо гожие.

Раненых опять же прибрать надо. Мертвых уж не похоронишь, но хотя бы о живых позаботиться.

С этим торопились как могли. Помогали идти тем, кто еще мог, сажали на коней. Кто не мог – волоком тащили. Избушка бабы-яги подбежала – загрузили в нее две дюжины самых тяжких. Овдотья Кузьминишна сразу принялась над ними хлопотать.

– Давай, бабусь, езжай вперед! – наказал ей Глеб. – Дружина, на-конь!.. Шагом!..

Гридни двинулись прочь. Подальше от Тиборска и от Кащеевой рати. Шли и впрямь шагом, оглядываясь – чтоб не бросился поганый на город, чтоб за ними погнался. Еще и чеснок за собой щедро сыпали – колючки железные из трех штырей. Коли погонятся – так немало коней ноги распорет. Да и пеших, даст бог, сколько-то охромеет – все польза.

Но Кащеево войско с места не трогалось. Именно здесь бессмертный царь приказал разбить лагерь. Не во взятом городе, как ожидали многие, а в трех поприщах от его стен, на приметном холме. Объявив его местом сбора, Кащей созвал своих воевод – выслушать, кто в чем отличился.

Хан Калин, Соловей-Разбойник, Невея Мертвящая, Великий Тодор, Сам-с-Ноготь и Яга Ягишна отчитались один за другим – и каждый удостоился равнодушного кивка. Возложенные на них задачи они исполнили в точности.

А вот Тугарин Змиуланович обласкан не был. Вперив в него ледяной взгляд, Кащей Бессмертный произнес:

– Для чего ты вышиб ворота? Разве я не велел тебе просто окружить город?

– Мы выманили теплокровных наружу и раздавили их в чистом поле, – рыкнул людоящер. – Если бы ты не отозвал нас – я бы уже насадил на пику голову их кагана.

– И сколько своих витязей ты потерял?

Тугарин молча показал руку. Та была испещрена крошечными бороздками. От локтя к запястью струились кровавые ниточки.

– Исканкер, – глухо ответил Тугарин. – Армагет. Ордек. Тарбазог. Истурик. Энгерет. Ырмед. Не стану перечислять всех, дабы не утомить тебя. Они сражались честно. Не показывали спин.

– Это были напрасные потери, – равнодушно ответил Кащей. – Ты поспешил. Не было никакой нужды устраивать это сражение.