Конец сказки

Темень вокруг кромешная, пусть и солнце прямо над головой.

Хотя какое оно солнце-то, коли черное? Может, оно наоборот совсем.

– Тут всегда так темно? – наконец спросила поляница.

– А духам свет без надобности, – откликнулась Василиса. – Им и в потемках ладно. Даже лучше, чем на свету. А гости с Яви тут редки.

Синеглазка только поежилась.

Огромно и удивительно оказалось Навье Царство. Бескрайние просторы его ни в какую сторону не кончались, и только Тропа Мертвых тянулась путеводной нитью. Шли путники лесами дремучими. Шли болотами вонючими. Чудищ видали и духов волшебных, но не смотрели в их сторону, от главной цели не отвлекались.

Долго так пришлось шагать. Часы. Возможно, целые дни. Никто не мог сказать, сколько уже минуло времени. Есть хотелось, но выносимо. Спать хотелось, но выносимо. Иван бы охотно прилег и вздремнул, но остальные нещадно его подгоняли.

Прошли мимо каменного идола. Изображал он старца с посохом и повязкой на глазах, а у левой его ноги сидел ворон. Иван спросил, кто это – ответа не последовало. Ни Яромир, ни Василиса идол не признали. Разве что Синеглазка предположила, что сие Чернобог, но так, просто чтобы не смолчать.

Но идол оказался не просто так, а вместо путеводного знака. Извиваясь и петляя, Тропа Мертвых привела в конце концов к некоему жилью. Посреди туманного леса одиноко стояла изба – да и не изба, а избенка. Полуразвалившаяся, с покосившейся крышей, но окна в ночи светились.

И то не была избушка охотника-бобыля или еще какого отшельника. Над дверью висела вывеска – рыжая птица в пламени. А у порога, в мутной луже, валялся… дух, наверное. Только выглядел он таким земным и настоящим, как умеют только бывалые питухи.

– Призрачная Корчма, – негромко сказала Василиса. – Мне про нее наставница рассказывала.

– Внутрь идем или мимо пройдем? – спросил Яромир.

– Внутрь! – заявил Иван. – Ты глянь, какая у них курица жирная на вывеске! Вкусная, наверное!

– Это феникс, сукамля!.. – процедил питух из лужи. – Феникс!..

– Чего сразу сукамля-то?! – возмутился Иван. – Феникс и феникс, я разве против?! Я и феникса сожру! Он вкусный, Яромир?

– Не знаю, не пробовал, – ответил оборотень, поднимаясь по крыльцу.

Внутри оказалось… просторно. И одновременно тесно. В крошечной избушке каким-то образом уместилась целая ярмарка. Сотни, если не тысячи людей сидели за сотнями, если не тысячами столов – ели, пили и гомонили.

При появлении живых они резко замолкли, уставились почти хором, а потом снова зашептались. Зябко как-то стало от стольких взглядов, неуютно. А ну разом кинутся?

Не кинулись. Посверлили глазищами мертвыми, потаращились, да и снова есть-пить принялись. Видно, не такая уж тут диковина – гости с Яви.