Сказка о смерти

Иначе и невозможно, с такой-то работой.

Было еще много статей о ней. Сабина открыла одновременно несколько в разных окнах.

В этот момент зазвонил гостиничный телефон рядом с кроватью. Сабина взглянула на настенные часы. Черт! Она забыла о времени. Наверняка это звонок из фойе отеля. А ей нужно еще одеться.

В халате Сабина побежала к телефону.

– Где вас носит? Мы в зале-гостиной и уже начали.

Она положила трубку, схватила одежду и подошла к комоду, на котором стоял ноутбук.

Господи, газетные статьи загружались с трудом. Медленный Интернет делал ее намного агрессивнее, чем некоторые компьютерные игры-стрелялки.

Натягивая брюки, она читала заголовки первых статей.

«Судебный психолог разоблачает методы известного аналитика-криминалиста».

Ниже фотография Мартена С. Снейдера. Тут снова зазвонил телефон.

Сабина пробежала глазами строчки. Несколько лет назад доктор Ашенбах составила негативное заключение о Снейдере, которое едва не погубило его карьеру.

Сабина посмотрела на фотографии Ашенбах.

Теперь она была мертва.

После завтрака Ханна сняла повязку с опухшего пальца. Он болел, лишь когда ей приходилось сжимать пальцы в кулак – и она старалась этого избегать.

Между тем ноготь посинел, как и сам палец. Поэтому она покрыла другие ногти черным лаком, чтобы раненый палец не так сильно бросался в глаза и не давал заключенным повода для спекуляций.

Первую половину дня Ханна сопровождала социального работника по мастерским и познакомилась с большинством заключенных. В отличие от других тюрем с опасными преступниками заключенные в «Штайнфельзе» были не татуированные накачанные парни, которые играли в баскетбол во внутреннем дворе или выжимали вес. Этих людей опасными делала нездоровая психика. Если контакт с этими психическими больными мужчинами будет даваться ей тяжело, тогда – поклялась себе Ханна – она просто будет представлять себе, что общается с проблемными гостями в отеле своего отца. Это казалось таким простым – по крайней мере, в теории.

Теперь она стояла перед окном в кабинете 2.07. Но глядела не на море, а рассматривала оконный переплет. В отличие от других окон, этот был новым, из более темного дерева. Еще одно напоминание, что именно отсюда Ирена Эллинг бросилась вниз. Якобы сама. На тот момент ей было пятьдесят четыре года – опытная психотерапевт, которая прежде работала во многих тюрьмах и составляла психологические портреты для уголовной полиции. Почему такая женщина покончила с собой? К тому же настолько ужасным способом? Ханна не разделяла теорию директора Холландера, что до самоубийства Ирену Эллинг довели заключенные. Только не человека с ее опытом! Для этого она была слишком хорошо образованна и подготовлена.